Подводные камни Таможенного союза

Июль 20, 2011
Pro et Contra  ·  Оставить комментарий   

Досым Сатпаев

 

Пока в Казахстане проводятся митинги против Таможенного союза (ТС), данный интеграционный проект набирает обороты. По крайней мере, об этом можно судить по тем заявлениям, которые прозвучали на деловом форуме ТС, где собрались премьеры России, Казахстана и Беларуси. Как и положено, официальная тональность выступлений была в основном оптимистическая. Премьер-министр Казахстана Карим Масимов заявил о том, что республика намерена реализовать все решения, принятые на уровне межправительственных и межгосударственных соглашений, чтобы Таможенный союз заработал в полную силу. Владимир Путин заглянул в 2013 год, когда ТС, пройдя через Единое экономическое пространство, которое должно начать функционировать с 1 января 2012 года, мягко перейдет к своей третьей стадии развитии в виде Евразийского экономического союза. Возникает такое ощущение, что создатели ТС хотят за несколько лет сделать то, что страны Европейского союза конструировали в течение десятилетий. По крайней мере, по мнению российской стороны, роль наднациональных структур в лице Комиссии Таможенного союза будет постепенно усиливаться. Данной комиссии планируется дополнительно передать около 90 полномочий, включая принятие ряда решений по конкурентной политике, техническим регламентам и субсидиям. Кроме этого, с 1 января 2012 года должен заработать суд ЕвразЭС, в который смогут обращаться не только государства, но и хозяйствующие субъекты.

Но если от радужных планов, вернуться к сегодняшним реалиям,  то внутри Казахстана можно выделить, по крайней мере, несколько точек зрения по поводу ТС и последствий его создания для республики. На официальном уровне, естественно, больше оптимистов, рассматривающих данное событие в качестве важного этапа в создании Единого экономического пространства. Как обычно, акцент делается на том, что благодаря Единому экономическому пространству создаётся огромный рынок в 170 миллионов человек, что может быть выгодно для казахстанских компаний. По расчётам государственных структур, Таможенный союз позволит трём странам получить к 2015 году прирост ВВП свыше 15%. А общий эффект от Таможенного союза составит для России $400 миллиардов долларов, для Беларуси и Казахстана – более $16 миллиардов. Также акцент делается на то, что готовятся соглашение о равном доступе к инфраструктуре в электроэнергетике и транспортировке нефти и газа, а также на железнодорожном транспорте, что имеет определенные плюсы для Астаны и Минска. Кстати, не так давно президент Александр Лукашенко уже заявил, что рассчитывает при формировании Единого экономического пространства (ЕЭП) решить ряд спорных моментов в работе Таможенного союза (ТС), в том числе и тех, которые касаются равного доступа к трубопроводам и равных тарифов на прокачку энергоресурсов, в том числе из Казахстана. Более того, некоторые официальные представители Казахстана также говорили о том, что Астане и Минску выгодно перерабатывать казахстанскую нефть в Белоруссии. Тем более, что импорт нефтепродуктов из Казахстана в Белоруссию в прошлом году составил $ 313 млн., что в 5,4 раза больше, чем предыдущем.

Кроме того, в копилку позитива в рамках ТС закидывают  образование пространства для свободного движения капиталов, услуг и рабочей силы. Кстати, глава правительства РФ Владимир Путин не исключает, что создание более выгодных экономических условий на территории Белоруссии или Казахстана приведет к тому, что российские фирмы захотят перерегистрироваться в этих республиках. Более того, для некоторых из них, Казахстан может быть хорошим плацдармом для экономической активности не только в других странах Центральной Азии, но и в том же Китае. Что касается простых граждан, то возможно, наконец, заработает механизм облегченного пребывания граждан Казахстана на территории той же России.

Что касается пессимистов, то их, условно, можно разделить на три группы. К первым относятся, те рядовые казахстанцы, которые, в той или иной степени, занимались торговлей, например, с тем же Китаем или привозили на продажу автомобили из Германии, США или Объединенных Арабских Эмиратов. Для многих из них создание Таможенного союза, в первую очередь, связано с повышением таможенных пошлин на ту продукцию, которую они в свое время ввозили по довольно либеральным казахстанским таможенным правилам. Вполне возможно, что многие из них потеряют свой традиционный источник заработка связанный с челночным или автомобильным бизнесом, что может негативно сказаться на казахстанском рынке труда, где большинство из этих людей в официальной статистике часто именовались, как «самозанятые». Кстати, общее количество, так называемых «самозанятых», в Казахстане сейчас оценивается в пределах 2,5 миллиона человек.

Вторая группа казахстанцев имеет лишь смутные представления о механизмах функционирования Таможенного союза, но зато видят пока его первые результаты на ценниках в магазинах, которые меняются, чуть ли не ежемесячно, в сторону повышения. И кроме импорта инфляции, а также общемирового тренда связанного с повышением цен на продовольствие, в определенной степени это процесс также связан с выравниванием казахстанских цен на один уровень с теми же российскими ценами, например, на горюче-смазочные материалы. Естественно, рост цен на ГСМ приводит к негативному мультипликативному эффекту в других казахстанских сферах.

Получается, что правительство, бизнес и население живут в разных измерениях, оценивая пользу от Таможенного союза. Если первые мыслят категориями среднесрочной перспективы, утверждая о том, что конкретные экономические выгоды от этого интеграционного проекта Казахстан получит в ближайшие два-три года. То вторые и третьи ждут позитивных результатов здесь и сейчас. Возможно, одной из проблем является то, что, несмотря на критику, казахстанское правительство проводит довольно слабую информационную работу по разъяснению населению конкретных плюсов и минусов от функционирования Таможенного союза и Единого экономического пространства, ибо, как гласит одна восточная пословица: «Если постоянно говорить халва, от этого во рту сладко не будет!».

К третьей группе пессимистов можно отнести ту часть казахстанских экспертов, политологов и экономистов, которые пытаются провести своеобразный SWOT анализ Таможенного союза. С одной стороны, многие понимают, что в условиях глобализации ни одного государство в одиночку не выживет. Поэтому сейчас можно наблюдать процесс регионализации мировой политики, когда в разных частях света реанимируются старые и появляются новые региональные объединения. С другой стороны, одной из проблем Таможенного союза является то, что для России это, в основном, геополитический проект, а для Казахстана чисто экономический. Москва хочет укрепиться на постсоветском пространстве на двух фронтах: военно-политическом через ОДКБ и экономическом через Таможенный союз, к которому могут в перспективе присоединиться Кыргызстан и Таджикистан. Такую же цель ставит перед собой Китай, которого Россия рассматривает в качестве одного из серьезных конкурентов в схватке за Центральную Азию. Поэтому создание Таможенного союза, а затем и ЕЭП, в том числе является одним из механизмов сдерживания экономической активности Китая в ЦА.

Особо следует выделить существующие опасения по поводу «слабых звеньев» внутри самой таможенной троицы. Так, например, не так давно исследовательская компания «Centre for Economics and Business Research (CEBR)» заявила о том, что еврозона может прекратить свое существование уже к 2013 году, так как стремительно тают «жировые» финансовые запасы на поддержку стран входящих в так называемую группу PIIGS (Португалия, Ирландия, Италия, Греция и Испания). Проще говоря, сколько бы не вбухивали в эти страны в качестве финансовой помощи, некоторые государства все-таки не избегут банкротства. Конечно, таких алармистских прогнозов, с момента начала финансового и экономического кризиса звучало немало, в том числе и по отношению к судьбе доллара, на чей «трон» постоянно предлагают разных кандидатов. Хотя для нас символичным является то, что при создании Таможенного союза и Единого экономического пространства, в качестве образца для подражания рассматривалась именно европейская модель экономической интеграции. Как оказалось, в этой модели, было немало своих скелетов в шкафу, которые вывались во время кризиса. Именно поэтому, крайне важно учесть все ошибки экономической кооперации европейских стран, которая не только создала новые возможности для развития ЕС, но и значительно повысила риск «альпинисткой связки» при которой один сорвавшийся альпинист может утащить с собой в пропасть целую группу. И одним из уроков является не экстенсивный рост Таможенного союза вширь, как это демонстрировал ЕС, а интенсивное выравнивание экономического уровня развития всех его участников. Европейцы также пытались это делать, но, как видно, не очень эффективно по причине слабого контроля над экономической деятельностью суверенных правительств, которые успели влезть по уши в долги. Для Таможенного союза это довольно актуально, учитывая то, что экономический потенциал России, Казахстана и Беларуси все-таки отличается. Так, например, начало финансово-экономического кризиса в Беларуси, который уже привел к стремительной девальвации местной валюты, грозит появлению в рамках Таможенного союза и Единого экономического пространства своей собственной «Греции». Тем более что Беларусь уже получила первый  транш стабилизационного кредита, выделенного из антикризисного фонда ЕвразЭС в размере $800 миллионов долларов. Всего, в течение трех лет, Минск должен получить в качестве кредита три миллиарда долларов, в основном, за счет России и Казахстана. Теперь от Лукашенко ждут не косметических, а системных экономических реформ, в том числе и приватизацию предприятий. Хотя есть сомнения, что данные условия будут выполнены, учитывая то, что командно-административная модель управления белоруской экономикой вполне хорошо вписывалась в ту политическую систему, которую выстроил Лукашенко за последние годы. При этом непонятно, как поведут себя Москва и Астана, если выданные кредиты не принесут никаких результатов и кризисные процессы в Беларуси, будут тормозить функционирование того же Единого экономического пространства. Поэтому не вызывает удивление тот факт, что в ходе работы делового форума Таможенного союза премьер-министр Беларуси обещал не только преодолеть диспропорции в платежном балансе своей республики в течение двух-трех месяцев, но и предоставить Астане и Москве отчет по выполнению антикризисного плана. В качестве «пряника» белорусская сторона пригласила инвесторов из России и Казахстана поучаствовать в приватизации химической отрасли, а также вложить деньги в фармацевтическую, металлургическую отрасли и  в машиностроение.

 

Тэги:

Волки в овечьей шкуре

Июль 20, 2011
Политические риски в Казахстане  ·  Оставить комментарий   

Группа оценки рисков

 

В Казахстане создано Государственное агентство по делам религий с передачей ему функций и полномочий в сфере межконфессионального согласия, обеспечения прав граждан на свободу вероисповедания и взаимодействия с религиозными объединениями. Решение вполне оправданное, учитывая рост религиозного сознания в обществе, которое активно могут использовать, те или иные экстремистские организации. И хотя, по данным ДУМК, в нашей республике живет около 70% мусульман, дело не в количестве, а в качестве верующих. В тех же США, где официально крупнейшей христианской конфессией является католическая церковь, один из опросов показал, что 60% американцев не могут назвать и пяти из десяти заповедей, данных Богом Моисею, а половина старшеклассников в США считают, что Содом и Гоморра были женаты. Что касается ада, то в его существование верят лишь 59% участников опроса. Действительно, кто же хочет лишний раз думать о кипящем котле, когда непонятно существуют ли врата рая. Но именно эта неопределенность касательно «жизни» после жизни превращает сферу религии не только в хороший бизнес, но и в арену жесточайшей борьбы за души мирян. Откровенно и цинично по этому поводу говорил основатель дианетики Л.Рон.Хаббард, который считал, что если вы хотите разбогатеть, то придумайте новую религию. Вот их и придумывают в больших количествах, расставляя сети для мечущихся душ.

Что касается нашей республики, то теологи все чаще говорят о появлении как новых нетрадиционных культов во главе с авторитарными лидерами, которые создают свои собственные религиозные доктрины, так и синкретических нетрадиционных культов, где объединяются различные религиозные источники. Таким образом, идеологические сражения наблюдаются между религиозными и пвседорелигиозными  организациями. Разница между ними, такая же, как между лекарством и ядом. Первые еще могут вылечить душу, а вторые ее только травят. Но если человек не видит разницы между лекарством и ядом, то может быть причина в том, что он потерял веру в действенность лекарства, в лице того же ДУМК, или же не знает, как его найти. И пока человек об этом думает, государство начинает действовать, пытаясь запретить все сомнительные организации. В список запрещенных организаций на территории Казахстана уже вошли «Аум Сенрике», «Аль-Каида», «Исламская партия Восточного Туркестана», «Исламское движение Узбекистана», «Асбат-аль-Ансар», «Братья-мусульмане», движение «Талибан», «Боз Гурд», «Жамаат моджахедов Центральной Азии», «Лашкар-и-Тайба», «Общество социальных реформ», «Хизб ут-Тахрир-аль-Ислами» и др.

Но в борьбе с лжепророками, главное не перегнуть палку, так как вместе с водой можно и ребенка выплеснуть. Ведь убрав одних «ловцов душ», можно освободить место для более опасных тоталитарных культов. А у них роль «мучеников» в борьбе с «плохим государством» является самой привлекательной. Это напоминает ситуацию с массовым уничтожением воробьев в Китае по приказу Мао Цзе Дуна, который считал, что они угрожают рисовым плантациям.  Но, как оказалось, от этой войны между людьми и воробьями выиграли только гусеницы.   

 

 

 

 

 

Тэги:

О нефтегазовой безопасности в Казахстане

Июль 20, 2011
Инвестиционные риски в Казахстане, Политические риски в Казахстане  ·  Оставить комментарий   

Группа оценки рисков

 

Правоохранительные структуры Актюбинской области озвучили официальную версию недавних событий в Темирском районе. Как считают силовики, речь шла о деятельности организованной преступной группы, которая, прикрываясь религиозными идеями, занималась кражами нефти из трубопровода вблизи поселков Шубарши и Кенкияк. Понятно, что споры по поводу истинных мотивов в деятельности убитых преступников будут идти еще долго. Тем более, как показывает мировая практика, экстремизм, терроризм и криминал часто шагают вместе, дополняя друг друга.  

Гораздо более настораживающим моментом является то, что сами силовики, признавая факт беспрепятственного доступа к нефтяной трубе со стороны криминальных или экстремистских элементов, по сути, затронули одну из важных тем, связанных с ненадежной системой обеспечения безопасности нефтегазовой инфраструктуры страны. Кстати, по официальным данным, именно Актюбинская область являлась лидером в Казахстане по количеству незаконных врезок в нефтяные трубы. И если есть возможность для кражи нефти из трубы, что требует определенного опыта и специализации, то тогда существует вполне реальная угроза организации и проведения террористических актов на многочисленных нефте и газопроводах. Ведь, например, еще в 2009 году было досрочно завершено строительство нефтепровода «Кенкияк-Кумколь» являющегося составной частью нефтепровода «Западный Казахстан-Западный Китай».

Кстати, эту угрозу уже вполне хорошо осознают в других прикаспийских странах. Например, не так давно, в Азербайджане проходила трехдневная конференция, посвященная вопросам предотвращения терактов в нефтегазовой сфере страны. Опасения вполне оправданы, учитывая реальную угрозу террористической деятельности в зоне активных нефтегазовых разработок Азербайджана, Казахстана или России. Ведь с точки зрения любой террористической организации диверсии в районе Каспийского моря могут привести к достаточно серьезным последствиям, начиная от провоцирования межгосударственных столкновений и заканчивая серьезной экологической катастрофой на Каспии. Скорее всего, именно это привело к тому, что в соседней России, несколько лет назад был даже принят специальный закон, который разрешал некоторым государственным нефтегазовым компаниям создавать свои военизированные группы для охраны трубопроводов от террористов. В США для этих целей часто привлекают частные военные организации. А власти Нигерии уже объявили, что наняли 12 тысяч человек для охраны нефте- и газопроводов в районе дельты реки Нигер, подвергающихся регулярным нападениям со стороны боевиков.

Хотя трудно себе представить эффективную круглосуточную охрану тысячекилометровых трубопроводов. Возможно, поэтому все чаще говорится о необходимости наличия регулярного спутникового наблюдения за трубопроводными системами. Но все это лишь один из вариантов решения проблемы, при этом не самый надежный. Более сложной работой является систематическое снижение экстремистских и террористических рисков в стране, что требует не только силового подхода, а многолетней и хорошо отработанной профилактической работы со стороны государства, общества и самого бизнеса.    

 

 

 

Тэги:

  • Реклама