ТАМОЖЕННЫЙ СОЮЗ: ТРУДНОЕ НАЧАЛО
Иннокентий Адясов, член экспертно-аналитического Совета Государственной Думы РФ - для РИА Новости
1 июля 2010 года на территории России, Белоруссии и Казахстана официально начинает действовать первый этап Таможенного союза. Парламенты России и Казахстана ратифицировали весь пакет документов, необходимых для формирования нового интеграционного объединения, Белоруссии - пока нет, однако официальный Минск заявил, что будет придерживаться норм ТС.
Таможенный кодекс интеграционного объединения полностью базируется на нормах Международной конвенции об упрощении таможенных процедур (Киотской конвенции).
Надо отметить, что основными препятствиями при формировании Таможенного кодекса интеграционного объединения были вопросы ввоза беспошлинных товаров и единой ставки на импорт автомобилей физическими лицами.
На увеличении лимита беспошлинного ввоза товаров настаивал Казахстан, который по многим позициям критически зависит от импорта товаров из Китая. В этом вопросе Комиссия ТС смогла найти компромисс. Без уплаты таможенных пошлин и налогов граждане могут ввозить товары, стоимость которых не превышает 75 тыс. российских рублей и общий вес - 50 кг. Ранее весовым максимумом были 35 кг, а денежным – 65 тыс. российских рублей. Общее количество разрешенного к ввозу алкоголя будет меньше в два раза: вместо нынешних 10 - пять литров. Пошлина не будет взиматься с трех литров крепкого алкоголя.
Другим непростым вопросом стала ввозная пошлина на легковые автомобили для физических лиц. Как известно, в Белоруссии и Казахстане она значительно ниже, чем в России. Москва ввела высокие пошлины на ввоз транспортных средств, желая защитить свой автопром.
Введение более высокой пошлины на ввоз автомобилей в рамках ТС достаточно негативно сказалось на бюджете Белоруссии. По информации белорусской автомобильной ассоциации, "ежемесячно страна недополучает 4 908 000 долларов в бюджет из-за разницы таможенных пошлин на новые автомобили. Если за первые 4 месяца 2009 года поступления в бюджет составили около 8 855 600 долларов в месяц, то каждый месяц 2010-го приносил всего 3 947 501 доллар. Разница – почти пять миллионов».
В рамках Комиссии ТС было решено, что ввоз автомобилей физическими лицами на территорию стран Таможенного союза будет регулироваться их национальными законодательствами. Этот переходный период продлится до 2013 года (раньше официальные лица называли срок 1 июля 2011 г.). В переходный период граждане Белоруссии и Казахстана могут ввозить на свою территорию автомобили по действующим в этих странах ставкам, но если захотят продать их в России, придется доплатить до размера российской ввозной пошлины.
Накануне старта первого этапа ТС между Москвой и Минском разразился серьезный газовый спор. Вопрос был окончательно урегулирован после согласования между Минском и "Газпромом" приложения к контракту на транзит российского газа через территорию Белоруссии. Но после завершения газового противостояния в отношениях между Россией и Белоруссией появился новый спорный момент: поставки молока. Россельхознадзор запретил ввоз в Россию молочных продуктов четырех крупнейших белорусских производителей «в связи с неоднократными выявлениями антибиотиков тетрациклиновой группы». Хотя наблюдатели не склонны связывать это решение с политическими моментами, спор имеет скорее экономический характер и, возможно, будет локальным по продолжительности.
Основной проблемой в формировании ТС остается вопрос вывозных пошлин на российскую нефть и нефтепродукты. Белоруссия отказалась формально ратифицировать пакет документов по созданию ТС, поскольку, по мнению Минска, это означало бы принятие условий Москвы в "нефтяном вопросе". Для понимания важности вопроса пошлин для Белоруссии надо привести несколько цифр: экспорт нефтепродуктов из Белоруссии в 2009 году достиг 15,5 млн. тонн на сумму 7,005 млрд долларов, а сырой нефти – 1,716 млн. тонн на сумму 738,069 млн долларов. Однако было бы неправильно считать, что доходы от экспорта нефтепродуктов шли только в бюджет Белоруссии. Начиная с 2007 года, согласно межправительственному соглашению, большая часть вывозной пошлины на нефтепродукты (от 70 до 85%) перечислялась в бюджет РФ. Эксперты отмечают, что возможным разрешением спорного нефтяного вопроса могла бы стать практика взимания вывозных пошлин на вывоз нефтепродуктов на внешнем контуре границы ТС и зачисления ее в бюджеты России и Белоруссии. С одной стороны, это позволило бы снизить потери российского бюджета из-за отмены вывозной пошлины на нефть, с другой - обеспечить загрузку белорусских НПЗ Белоруссии, что крайне важно для Минска. Белоруссия предлагает России отменить пошлины на нефтепродукты в 2010 году, а на нефть - с 1 января 2011 года. Об этом заявил журналистам президент Беларуси Александр Лукашенко.
Примечательно, что вопрос об отмене Россией вывозных пошлин на нефть и нефтепродукты ставит не только Белоруссия. С мая 2010 года из-за введения в действие правил Таможенного союза Россия ввела экспортные пошлины на вывоз светлых нефтепродуктов в Таджикистан, который не входит в это объединение. В июне эта ставка была в районе 213 долларов за тонну. До этого в отношении Таджикистана применялась нулевая ставка пошлин. Премьер-министр Таджикистана Акил Акилов направил председателю российского правительства Владимиру Путину письмо с просьбой рассмотреть возможность отмены экспортных пошлин на светлые нефтепродукты для Таджикистана. Ранее отменить вывозные пошлины на российскую нефть и нефтепродукты просило и Временное правительство Киргизии.
Россия не отрицает возможность отмены в перспективе вывозных пошлин на нефть и нефтепродукты. Об этом заявила министр экономического развития России Эльвира Набиуллина. В ходе формирования Единого экономического пространства будет решаться вопрос об экспортных пошлинах на нефть и нефтепродукты прежде всего в рамках Таможенного союза. Так что преференции будут иметь именно его участники. В этом контексте совершенно ясно, что Белоруссия, несмотря на все резкие заявления, никогда серьезно не рассматривала возможность отказа от участия в ТС. Александр Лукашенко одобрил проекты соглашений в рамках Таможенного союза и уполномочил заместителя премьер-министра правительства Андрея Кобякова на проведение переговоров по проектам соглашений и их подписание при достижении договоренностей.
С запуском ТС вопрос о взаимодействии "таможенной тройки" с другими странами СНГ переходит в практическую плоскость. Украина и Узбекистан настаивают на создании в рамках СНГ Зоны свободной торговли, однако отказываются присоединяться к Таможенному союзу. Вице-премьер украинского правительства Сергей Тигипко заявил, что приоритет для его страны - это создание ассоциации с ЕС. В свою очередь первый вице-премьер РФ Игорь Шувалов на конференции "Россия и СНГ - на пути к глобализации" объявил, что Россия не готова распространить льготы Таможенного союза на все страны СНГ, не присоединившиеся к этому образованию.
По мнению вице-президента Российского союза промышленников и предпринимателей Игоря Юргенса, центр тяжести экономических интересов стран – участниц Содружества окажется вне рамок СНГ. "Евразия будет разбита на несколько дублирующих площадок взаимодействия», — предупредил эксперт.
Сейчас стороны пытаются перейти к формированию второго этапа ТС. Вопрос об участии Минска в новом этапе станет основным во время встречи президентов России, Казахстана и Белоруссии в Астане 5 июля.
Крайне непростой процесс формирования ТС, детальная проработка всех аспектов данного интеграционного проекта, как ни парадоксально, подтверждают его жизнеспособность. Стороны понимают всю важность подписанных договоренностей, что и заставляет их столь последовательно и жестко защищать свои интересы. В этом и состоит отличие Таможенного союза от большинства экономических инициатив, принятых в рамках СНГ, которые фактически без обсуждения одобрялись всеми странами, а в дальнейшем оставались на бумаге.
Региональные клоны
Досым Сатпаев
В то время как в Казахстане ломались копья вокруг темы о лидере нации, некоторые соседи по Центральной Азии, скорее всего, внимательно присматривались к очередной казахстанской модели обеспечить долговременную политическую легитимность главы государства. И, несмотря на то, что формально президент уже высказал свою точку зрения по этому вопросу, данная тема далеко не закрыта, учитывая крайнюю заинтересованность нашей элиты в наличии хоть какого-либо механизма преемственности власти. Это значит, что она не успокоится до тех пор, пока контуры такого механизма четко не прорисуются. Ведь за прошедшие почти двадцать лет с момента распада Советского Союза, в регионе в основном применялось только два основных механизма для достижения данной цели. Это проведение референдумов о продлении полномочий действующих президентов и внесение изменений в конституции своих стран. Дальше всех ушел Туркменистан, где у покойного Ниязова был закреплен статус пожизненного президента.
Единственным исключением сейчас является Кыргызстан, где впервые в регионе решили начать эксперимент по созданию парламентской республики. Успех этого мероприятия нанесет серьезный удар по одному из долгоиграющих мифов о том, что альтернативы сверхпрезидентским системам в наших странах нет. Неудача же создаст новую волну для злорадства, когда вместо одного Наполеона в стране появится куча наполеончиков. Интересно отметить, что некоторые кыргызские эксперты в этом вопросе больше скептики, чем оптимисты. Так, например, на международной конференции: «Европа и Центральная Азия, партнеры в глобальном управлении», которая на прошлой неделе прошла в Барселоне, звучали тезисы о том, что нынешнее временное правительство Кыргызстана нелегитимно по нескольким причинам. Во-первых, потому что 14 оппозиционных лидеров работают в форме декретов, а не законов. Во-вторых, в связи с тем, что у них нет договоренности ни с одной неформальной влиятельной группой в стране, даже с криминалитетом, как это было у Курманбека Бакиева.
Но парадокс заключается в том, что если взглянуть на все правящие режимы в Центральной Азии с точки зрения универсальных демократических ценностей, которые вроде бы формально закреплены во всех конституциях стран региона, то получается, что они также нелегитимны, так как не прошли через регулярные, честные, прозрачные и конкурентные выборы. Одним словом, классическая электоральная форма легитимности власти здесь никогда не работала, так как системы опираются не на политические институты и механизм циркуляции элиты, а на кулуарных игроков, будь то группы давления или аффилированные ФПГ. Кстати, таджикский эксперт Саодат Олимова утверждает, что после развала СССР, в некоторых странах Центральной Азии активное участие в становлении постсоветских институтов также принимала организованная преступность. Скорее всего, речь больше идет о Таджикистане и Кыргызстане, так как в Туркменистане, Узбекистане и Казахстане, где с самого начала выстраивалась жесткая президентская вертикаль, наличие любых альтернативных центров неформальной власти, в том числе в лице ОПГ можно было исключить. Классический криминалитет здесь встраивался в систему, а не подминал ее под себя.
Хотя еще не понятно, что больше представляет угрозу для страны, вор в законе или коррупционер над законом. Первые просто воруют, а вторые воруют со словами о патриотизме. Вот такая разновидность патриотичных коррупционеров появилась во всех странах региона. Самый свежий пример, выставленные недавно в Интернете тайно записанные телефонные разговоры некоторых членов кыргызского Временного правительства, которые якобы занимались торговлей должностями, что еще больше нанесло удар по имиджу новой власти. Мы через это уже проходили, когда в сети произошел аналогичный массовый выброс компроматов на некоторых представителей казахстанской политической и бизнес элиты. Получается, что страны вроде бы разные, а ментальность «слуг народа» как под копирку. Все сводится к одному: как сделать так, чтобы все у них было и за это им ничего не было, в том числе в случае смены власти.
В результате на свет появляются разного рода политические проекты, главная цель которых сохранение политического и экономического status quo, а не модернизация общества. Кстати, здесь вспоминается известная пирамида потребностей человека Абрахама Маслоу. В ее основании лежит удовлетворение физиологических потребностей. Затем идет потребность в защищенности и безопасности. Далее стоит потребность в принадлежности к социальной группе перетекающая в потребность в уважении и признании. И на вершине располагается потребность в самовыражении. Проблема в том, что правящие элиты центрально-азиатских стран активно освоили только две нижние ступеньки. Удовлетворив свои физиологические потребности за счет перераспределения собственности и получения доступа к ресурсам, они сейчас активно ищут способы реализовать потребность в защищенности своего положения. Находясь в состоянии постоянной войны всех против всех, ни к какой социальной группе элита себя не причисляет. Общественное уважение и признание, как показывает депутатский хор льстецов, многих из них не интересует. А свободно самовыражаться они считают опасным занятием.
И чем больше правящие элиты Центральной Азии заявляют об особом «третьем» пути развития своих стран, тем больше они похожи друг на друга. Если перефразировать Л. Н. Толстого, то все страны региона несчастливы одинаково. Тот же стандартный набор проблем, от неэффективного государственного управления и коррупции до резкого снижения качества человеческого капитала. Разница только в пропорциях. В том же Таджикистане, как утверждают эксперты, появилось около 10% безграмотных людей. Но эта страна пережила гражданскую войну. В Казахстане благодаря постоянным экспериментам над системой образования читать и писать люди еще умеют, а вот применить свои знания не могут, потому что эти знания ниже плинтуса. Как показывает практика, если в компаниях и работают в основном местные кадры, то проблем не меньше. Взять хотя бы январское совещание правительства, где президент заявил о том, что кадровая политика в государственных органах и национальных компаниях свелась к бюрократии. В результате, одни сплошные понты и чересчур молодые ребятишки на приличных должностях, которые даже не понимают, для чего они туда посажены.
Или другой пример. Кыргызский аналитик Рая Кадырова на упомянутой конференции заявила о том, что постоянно идет саботаж решений Временного правительства со стороны бюрократов. Более того, многие сотрудники силовых структур работают днем на новую власть, а ночью на пробакиевские силы или на криминалитет. Если взглянуть на нашу республику, то, судя по провалам многих государственных программ развития и нелицеприятным отчетам Счетного комитета, у нас явная деформация исполнительной вертикали, результатом которой является также скрытый саботаж в реализации правительственных программ. Как отмечают некоторые политологи, здесь явное противостояние между верховной властью и бюрократическим аппаратом, как инструментом практического воплощения правительственных идей. Получается, что наши чиновники даже днем, за редким исключением, вообще не работают на государственные интересы, умудряясь, при этом, тратить государственные деньги. Взять хотя бы те же институты развития. Как выяснили некоторые депутаты, на индустриально-инновационное развитие в 2003-2009 годах из государственного бюджета было выделено около $11,6 млрд. долларов, которые, в основном, пошли на приобретение финансовых активов и увеличение уставного капитала институтов развития. В результате институты есть, а инновационного развития и денег нет.
Может быть, правы те эксперты, которые утверждают, что Казахстан это тот же Кыргызстан, только с большими запасами нефти и газа. Именно поэтому, старые споры о том, кто является региональным лидером в Центральной Азии, выглядят смешно, учитывая то, что это напоминает драку двух лысых из-за расчески. Конечно, любой одноглазый среди слепых может показаться королем. Но быть периферийным лидером отсталого и нестабильного региона честь не очень-то большая. Можно не сомневаться, что найдутся государства, которые будут активно поддерживать периферийное сознание наших элит, преследуя свои цели. И можно согласиться с той точкой зрения, что для той же Москвы или Пекина модернизация центрально-азиатских экономик или политическая демократизация явно не относится к приоритетам России и Китая. Поэтому свой проект будущего нам придется выстраивать самим. Вот только большого рвения, что-то не наблюдается. И на вопрос: «Что делать?» список ответов очень ограничен. Либо революция, либо дворцовый переворот, либо адбикация, то есть системная реформа сверху. Первый и второй вариант, как показывает практика, часто не дает ожидаемых результатов. Третья модель оптимальна, но трудно реализуема по вышеупомянутым причинам. Как бы со времен не возникла ситуация когда по отношению к нашим странам, некоторые третьи игроки не попытаются ввести внешнее управление. По крайней мере, в соседнем Кыргызстане уже идут разговоры по этому поводу. «Тенденция, однако!», говорил как-то чукча в одном старом анекдоте.
Проходной двор
Группа оценки рисков
Не так давно, генеральная прокуратура Казахстана сообщила о том, что более 20 граждан Узбекистана, находящихся в межгосударственном розыске за совершение тяжких и особо тяжких преступлений, были задержаны в городе Алматы. Кстати, это событие вызвало определенную информационную волну в СМИ, где выяснилось, что некоторые из этих граждан активно пытались получить статус беженцев, прикрываясь якобы нарушением своих религиозных и политических прав. Более того, кое-кому это все-таки удалось сделать, в связи с чем, возникла проблема с так называемыми «ложными беженцами», которые стали представлять угрозу для многих стран.
Что касается Казахстана, то на фоне тяжелой экономической и политической обстановки в других странах Центральной Азии, наша республика как магнит начала притягивать к себе униженных и оскорбленных со всего региона. Объективности ради стоит отметить, что среди них есть и те, кто на самом деле имеет все основания считаться беженцами, в том числе и политическими, по причине реальных угроз для жизни у себя на родине. Но, как показывает практика немало и таких, кто, по тем или иным причинам, нередко меркантильным, пытается перебраться в другие страны. Не так давно мой коллега, политолог Андрей Чеботарев упоминал о том, что еще в 2000 году, тридцать граждан Казахстана и Кыргызстана в 2000 году, находясь в туристической поездке в Норвегии, попросили политического убежища. Другие пятьдесят казахстанцев пытались получить такой статус в Бельгии. При этом в обоих случаях, явно была видна искусственность возникшей ситуации, так как речь шла не о политических узниках совести, а в основном о людях, которые посчитали приемлемым для себя закрепиться в Европе любыми способами. Но это самые безобидные примеры, учитывая то, что в последнее время многие западные страны уже начинают ужесточать свою политику касательно приема беженцев в связи с наличием двух видов угроз.
Во-первых, с нежеланием значительного количества иммигрантов адаптироваться к существующим политическим, правовым и экономическим правилам игры, что приводит к угрозе появления «мини-государств» в государстве. Ответной реакцией является триумф правых, националистических сил на парламентских и региональных выборах в Австрии, Дании, Голландии, Швейцарии, Великобритании и других европейских странах под лозунгами борьбы с мигрантами. В свое время, известный американский футуролог Пол Кеннеди отмечал, что миграционные потоки из более бедных и неустроенных регионов мира в более богатые и стабильные страны не только вызовут социальную напряженность, но и обострят расовый антагонизм, что видимо уже и происходит. При этом разные темпы народонаселения этнических групп живущих в рамках единого национального государства, явно подстегивают существующую напряженность.
Отсюда вытекает вторая угроза, а именно появление благоприятных условий для ренессанса крайне правых, профашистских сил и международного террористического интернационала, которому остается только поднести спичку к «стогу сена». Ведь не секрет, что значительный рост мусульманского населения в той же Франции, Германии или Великобритании спровоцировал появление филиалов тех или иных исламистских экстремистских и террористических организаций в этих странах. Как отмечают некоторые исследователи, с точки зрения сторонников радикального ислама, тот же Лондон являлся самым важным городом на Ближнем Востоке, так как весьма либеральные законы о предоставлении политического убежища привели к тому, что в столице Великобритании наблюдалась наибольшая со времен талибского Афганистана концентрация мусульманских активистов в мире. Скорее всего, это уже поняли в Великобритании, где создали прецедент, когда несколько лет тому назад закрыли въезд в страну для радикального исламского проповедника Омара Бакри Мухаммеда, основателя британского отделения организации «Хизб ут-Тахрир аль Ислами» (ХУТ), которая запрещена в странах Центральной Азии.
Чуть позже, летом прошлом года, в Германии начался суд над членами «Союза исламского джихада» (СИД), которые вышли из Исламского движения Узбекистана (ИДУ). Кстати, следы СИД прослеживаются и в Казахстане. По данным немецких спецслужб, члены «Союза исламского джихада», проходили обучение в лагерях с участием боевиков «Исламского движения Узбекистана», которых обвиняют в организации нескольких терактов в Узбекистане. Впоследствии, как отмечают некоторые источники, от ИДУ отделилось порядка двухсот человек, а возможно и больше, которые и являются членами «Союза исламского джихада». По некоторым оценкам, в Германии существовала целая сеть, около пятидесяти человек, которые помогали зауэрландской ячейке СИД тем или иным способом, из разных уголков Германии. В феврале этого года, полиция Германии арестовала трех предполагаемых помощников узбекских террористов, которые являются выходцами из иммигрантских семей. Кстати, согласно последнем докладу Федерального ведомства по охране конституции за 2009 год, одной из главных задач немецких спецслужб является борьба с экстремизмом и противодействие международному терроризму. Тем более что число проживающих в Германии активных исламистов увеличилось с 34720 в 2008 году, до 36270 в 2009-м. Кроме того, как говорится в докладе, на территории ФРГ находятся, по меньшей мере, 200 человек, в основном мужчин, которые прошли подготовку в лагерях боевиков в Афганистане и Пакистане.
И это лишь самые известные скандалы в Европе, связанные с реальной угрозой со стороны экстремистских и террористических групп, в том числе из Центральной Азии. Естественно, что после 11 сентября 2001 года, а также после серии громких терактов в Испании и Великобритании, на неофициальном уровне, многие страны мира стали более трезво подходить к проблеме миграции под видом получения политического убежища, что нередко является банальным прикрытием для создания локальной террористической инфраструктуры. Это, кстати, заставляет западные спецслужбы более активно работать и на центрально-азиатском направлении, учитывая то, что этот регион является одним из поставщиков «ложных беженцев».
Конечно, в значительной степени мощные миграционные потоки из того же Узбекистана в Казахстан или Россию, в том числе связаны с провальной политикой узбекского руководства, как в сфере экономики, так и в отношениях с оппозицией. С одной стороны, Ислам Каримов умудрился расправиться с демократической оппозицией, создав политический вакуум, который тут же заполнили радикальные религиозные и псевдорелигиозные организации. С другой стороны, рост бедности толкает большое количество узбеков «делать ноги» и превращаться в гастарбайтеров.
Скорее всего, напряженная ситуация в соседнем Кыргызстане также приведет к новой активизации потоков беженцев, как в Узбекистан, так и в Казахстан. Ведь по данным ООН, как минимум 400 тысяч жителей Кыргызстана были вынуждены бросить свои дома и стать беженцами из-за прошедших там беспорядков на этнической почве. Только в соседний Узбекистан сбежали от 75 до 100 тысяч человек. При этом Ташкент уже закрыл границу, явно опасаясь того, что на территорию страны под видом беженцев могут проникнуть представители тех экстремистских и террористических организаций, которые давно и прочно пустили корни на юге Кыргызстана. В первую очередь, речь идет о «Хизб ут-Тахрир аль Ислами» и ИДУ.
Учитывая традиционно жесткую политику узбекских силовиков по отношению к любой форме политического инакомыслия, именно Казахстан многие рассматривают в качестве удобной тыловой базы или транзитной зоны для переезда в европейские страны, в США, в Пакистан или в Афганистан. В том числе речь идет не только о членах экстремистских и террористических организаций, но и представителях организованной преступности. Скорее всего, дополнительным доводом в пользу активного использования нашей республики в качестве транзитной зоны или места дислокации для получения статуса беженца, является наше председательство в ОБСЕ. Мол, эта позиция должна связать руки казахстанским властям, которые не решаться на экстрадицию тех же уголовников или экстремистов с мандатом беженцев. Но в данном случае речь идет о национальной безопасности Казахстана, которая явно находится под угрозой при слабом контроле над миграционными потоками.
Опасность заключается в том, что если ни одна страна не даст политического убежища «ложным беженцам», хорошо осознавая, кто они есть на самом деле, крайним в любом случае остается Казахстан, на чьей территории они уже находятся. Ведь их выдача тому же Узбекистану, который подозревается в применении пыток, моментально вызовет волну возмущения у правозащитников. Не меньше негодований будет, если иностранцы, обвиняемые в разного рода преступлениях у себя на родине, окажутся в казахстанских тюрьмах. Хотя основная вина в сложившейся ситуации лежит именно на Ташкенте, который своей политикой создает большие хлопоты для своих соседей, выталкивая на их территорию не только нелегальных мигрантов и беженцев, но и преступных элементов, которых потом узбекские власти требуют выдать обратно. Тем самым, Узбекистан явно подставляет Казахстан, взваливая на него свои проблемы.
Возникает тупиковая ситуация, при которой на чаше весов политическая корректность и безопасность наших граждан. Думаю, что второе важнее. В этом случае, важно создать прецедент, при котором руководству Казахстана необходимо четко продемонстрировать всем, что республика не проходной двор и наличие явных доказательств вины человека в совершении тяжких преступлений у себя на родине является основанием для его депортации. Думаю, что многие казахстанцы не захотят рисковать жизнью своих родных и близких, если не получив доступ в другие страны, люди которых обвиняют в убийствах и грабежах спокойно будут находиться в Казахстане прикрываясь статусом беженца и при этом активно участвовать в поддержке каналов переправки к нам таких же «униженных» и «оскорбленных». Конечно, здесь главное не выплеснуть ребенка вместе с водой, так как Казахстан принял Закон «О беженцах» и, следовательно, должен выполнять определенные правила по защите их прав. Но, если еще раз вспомнить британский опыт, то власти Великобритании закрыли въезд в страну для упомянутого Омара Бакри Мухаммеда под официальной формулировкой: «Во имя общественного блага». Наверное, они вспомнили слова английского философа Эдмунда Берка, который говорил, что существует предел, после которого терпение и терпимость перестают быть добродетелью.
ОШСКИЕ СОБЫТИЯ 2010-ГО. ПОВТОРЕНИЕ ПРОЙДЕННОГО?
Токтайым Уметалиева, председатель Ассоциации киргизских неправительственных организаций, член Конституционного совещания КР – для РИА Новости
Сегодня по всей Киргизии проходят траурные мероприятия в связи с трагедией, произошедшей на юге республике. Мы прибыли бортом из Бишкека в Ош накануне. Привезли 44 тонны гуманитарного груза – самое необходимое: муку, макароны, детское питание, бутилированную воду. Но это мизер. Районы «южной столицы» Киргизии испытывают серьезный дефицит в продуктах. Проще сказать, люди голодают, поскольку в результате погромов и действий мародеров не работают магазины, закрылись рынки. Нонсенс: этот южный город всегда славился своими обильными базарами.
Сейчас даже доставка гуманитарки затруднена – по дороге из Ошского аэропорта наши машины с грузом обстреливали снайперы.
Местная власть, хотя и пытается как-то помочь мирному населению, но, кроме надежд на помощь извне, собственными ресурсами не располагает. Есть информация, что на юго-востоке Оша неформальные лидеры, представляющие киргизскую и узбекскую диаспоры, пытаются начать переговоры. Обсуждаются вопросы о первоочередных мерах по восстановлению согласия. Одновременно правозащитники призывают своих сограждан к благоразумию, сдержанности и просят не поддаваться на провокации.
Для координации действий временным руководством Киргизии в Оше создан штаб, который в основном занимается эвакуацией иностранных граждан и распределением помощи, поступающей от международного сообщества. Как уже сообщалось, общими усилиями всех задействованных сил из зоны конфликта эвакуированы более 1100 иностранцев – сотрудников дипломатических миссий, международных представительств, студентов. Их жизням уже ничего не угрожает. Поручиться за жизнь и здоровье каждого коренного ошанина или джалал-абадца пока не может никто.
Ожидается переброска на юг страны опытных военнослужащих, призванных в рамках объявленной в Киргизии частичной мобилизации. Но это не слишком большой контингент. И будет ли его достаточно, покажет, как говорится «текущий момент».
Временное правительство всячески пытается собственными силами снизить чрезвычайно высокий градус этнического конфликта. Для действующей власти это особенно важно накануне назначенного на 27 июня конституционного референдума. Цена мира очень высока: продолжение беспорядков может стать прямой угрозой суверенитету и государственности.
Взятый нынешней властью курс на конституционную реформу и новые выборы натолкнулся на жесткое сопротивление ее явных противников.
Иллюзий по поводу того, что удастся снова начать писать историю независимого Кыргызстана с чистого листа, надо понимать, не осталось ни у назначенной президентом переходного периода Розы Отунбаевой, ни у ее сподвижников – членов временного правительства. Еще большее разочарование постигло население. Одна часть активно стремилась к смене власти и получению дивидендов за эту свою работу, вторая – оказалась в заложниках у политиков и поддерживающих их группировок.
Фактически на наших глазах изнутри разрушается страна. Без малого 20 лет независимого существования не смогли принести ей благополучие и стабильность.
Сейчас многие вспоминают ошские события 90-го года прошлого столетия. Тогда братоубийственные столкновения между узбеками и киргизами объясняли ошибочной национальной политикой советского руководства в Ферганской долине, бедностью и перенаселенностью региона. По прошествии двух десятков лет здесь все повторилось с поразительной точностью – и бедность с перенаселенностью сохранились, и жертв конфликта не меньше. Нет только СССР, и некому предъявлять претензии, кроме как самим себе.
Не собираюсь умалять роли, которую сыграли люди, занявшие кабинеты Дома правительства. Будучи в оппозиции к Бакиеву, они добились ликвидации насквозь коррумпированного и лживого режима. Но сегодня у всех живущих в республике один вопрос: что могут члены временного правительства предложить народу взамен? Готовы ли они продекларированные и предложенные к референдуму новые государственные основы устанавливать открыто, без угроз и применения насилия?
К сожалению, последние трагические события в Оше и Джалал-Абаде не дают уверенности в позитивном ответе. Пока все случившееся указывает на то, что представители нынешней власти не способны установить как на юге, так и на севере республики необходимый порядок, взять под контроль деструктивные силы. В противовес им надо показать собственное общественное влияние, авторитет, в конце концов, тот самый административный ресурс, которым легко пользоваться в тишине кабинетов и почему-то очень трудно применить в экстремальных условиях.
Как киргизстанцы будут голосовать на референдуме? Вряд ли большинство сейчас интересуют конституционные поправки, особенно касающиеся властных переполномочий. А об участии жителей Ошской и Джала-Абадской областей в референдуме в указанные сроки вообще вряд ли можно говорить. Людей здесь беспокоит совсем другое – кто гарантирует безопасность их домов и личную безопасность, когда придет долгожданное спокойствие, чтобы заняться делом и прокормить свои семьи.
Ясно, что на восстановление доверия между узбеками и киргизами юга потребуется немалое время.
Есть опасность, что переходный период, который пока несет только хаос и раздоры, может затянуться надолго. А назначенные на время президент и правительство так и останутся временными.
Джин вырвался из бутылки в Оше
Трагические события на юге Киргизии, приведшие к многочисленным жертвам, вызывают острое беспокойство не только у самих киргизстанцев, но заставили обратить на себя внимание весь мир. По официальным данным, на сегодняшний день в результате столкновений погибли 176 человек, более 1,8 тысячи получили ранения. О ситуации в республике продолжает поступать противоречивая и тревожная информация.
Какие меры предпринимаются, чтобы остановить кровопролитие, загасить межэтнический конфликт, рассказал президент Ассоциации политологов Киргизии, член Экспертного совета РИА Новости Нур Омаров. По его информации, полученной из разных источников, количество жертв значительно превышает официальные данные.
- Как официальный Бишкек реагирует на события в Оше?
- Пытается помочь. Организованы разного рода общественные акции. Люди активно сдают кровь, собирают деньги, продовольствие и медикаменты. В этом смысле нам активно помогает Россия, некоторые международные организации и фонды. Ведутся разговоры о том, что ожидается гуманитарная помощь со стороны США и Европы.
Но есть одна существенная проблема. Об этом открыто не говорят, но она присутствует: часть грузов грабят уже по прибытию в южный регион, столь необходимые лекарства и продукты, бутылки с водой не доходят до прямых получателей. По машинам не только стреляют, их попросту грабят, и так называемую гуманитарку некие предприимчивые люди перепродают втридорога.
В самом Бишкеке обстановка на данный момент относительно спокойная.
Правда, и здесь некоторые люди коренной национальности, в основном молодые, пытались учинить беспорядки, предпринять деструктивные действия в отношении узбекского населения. Однако они были своевременно пресечены.
- Как вы расцениваете действия временного правительства?
- Временное правительство (ВР) находится в крайне тяжелой и неоднозначной ситуации. С одной стороны, предпринимаются некие меры потушить конфликт на юге республики, но все это выглядит крайне запоздалым и не совсем адекватным. Уже после 7 апреля было совершенно очевидно, что волна насилия, которая прокатилась по северу республики, сама по себе никуда не уйдет. И она ударила с новой силой уже через два месяца. При этом информация о подготовке к такого рода беспорядкам возникала неоднократно, члены ВР ею располагали. Думаю, что правительству надо было активно вводить превентивные меры в южной, взрывоопасной части страны, чтобы вовремя устранить конфликт.
Образно говоря, джин вырвался из бутылки в Оше, и загнать его обратно практически невозможно. В результате жестоких межэтнических столкновений идет массовый отток местного узбекского населения за границу. В Узбекистан устремились десятки тысяч людей, скорей всего, эта тенденция в ближайшее время сохранится.
- Действительно ли набравший обороты процесс можно остановить только с помощью введения миротворческих сил?
- Совершенно очевидно, что Киргизия своими силами не справится с этой проблемой. Хотя временное правительство заявляло неоднократно, что ситуация контролируется. Но по всему видно: нынешние власти не способны самостоятельно остановить разгоревшийся конфликт. И ждать нельзя – люди продолжают гибнуть.
- Какие силы "разогревают" конфликт?
- Все, что происходит на юге, носит ярко выраженную политически- криминальную окраску. Хотя начиналось, казалось бы, с некоего бытового конфликта. Потом к нему подключились фигуры из криминальных структур. Произошла потасовка. Моментально начался захват чужой собственности, грабеж магазинов, поджоги рынков, в итоге ситуацией воспользовались в своих интересах сторонники бывшего президента. Получился вот такой густой «компот», где были задействованы и политики, и главари криминального мира.
Можно отметить такой момент – на сегодня динамика конфликта в Оше немного утихла, но огонь вражды перекинулся на ближайшие регионы, в частности, в город Джелал-Абад. Среди представителей власти высказывается мнение, что Ош разграблен мародерами и делать им там попросту нечего. Они пошли грабить дальше…
- Каким вам видится дальнейшее развитие событий?
- На протяжении нескольких последних лет киргизское общество находится в состоянии перманентного напряжения. Революции, погромы, регулярные факты насилия, передел собственности у одной части населения усиливает агрессию, у другой – порождает страх и апатию. Поэтому вполне объяснимо, если многие граждане захотят покинуть республику. Прежде всего, я имею в виду русскоязычное население, людей европейских национальностей, а также представителей других диаспор.
Не хотелось бы делать плохие прогнозы, но есть опасение, что на юге происходит обкатка того сценария, который может затем получить развитие на севере.
Можно говорить, что разделение страны на север и юг, которое долго предрекали, уже негласно произошло. Тем не менее, сегодня надо продолжать работу, чтобы сохранить территориальную целостность Киргизии.
Провайдеры безопасности
Досым Сатпаев
Эта неделя довольно богата на разного рода международные события. В частности, речь идет о прошедшем саммите СВМДА в Стамбуле и об очередном саммите ШОС, который сегодня начинает свою работу в Ташкенте. Имея разный формат, структуру и состав участников СВМДА и ШОС, при этом, играют одну роль, а именно пытаются стать региональными провайдерами безопасности. В то же самое время, Казахстан, будучи организатором СВМДА, старается выступать как модератор, пытаясь решить те или иные конфликтные ситуации. В свое время это была новая волна напряжения между Индией и Пакистаном. Сейчас призывы к примирению звучат в адрес Турции и Израиля, а также Северной и Южной Кореи. Проблема в том, что реальных рычагов разрешения этих и других конфликтов у Астаны пока нет. К тому же во многих горячих точках уже работают международные комиссии в попытках сделать эти зоны менее конфликтными. Например, на корейском направлении действуют группа из шести государств. На Ближнем Востоке более предпочтительна челночная дипломатия тех же США или России. Что касается Афганистана, то здесь Узбекистан еще в 2008 году официально озвучил предложение поменять формулу «6+2» (шесть приграничных с Афганистаном государств + Россия и США) на формулу 6+3 добавив сюда еще и НАТО. Таким образом, СВМДА пока не имеет достаточного потенциала для того, чтобы выполнять функцию регионального провайдера безопасности и больше остается площадкой для дискуссии и диалога. Хотя определенным преимуществом этой организации является то, что в ее состав входят, например, такие непримиримые враги как Израиль и Иран или конфликтующие Индия и Пакистан. Возможно, одним из самых конкретных результатов саммита СВМДА является предложение Казахстана разработать план международной помощи Кыргызстану, который пока получил финансовую поддержку только стороны России. Что касается сотрудничества СВМДА и ОБСЕ, о чем также заявлялось, то сблизить две организации будет довольно тяжело, учитывая то, что каждый новый председатель ОБСЕ старается определить свои приоритеты в деятельности данной структуры. И если для нынешнего председателя ОБСЕ в лице Казахстана это вполне естественное желание, то еще не известно, какие приоритеты обозначит государство, которое займет это место после нас.
Кстати, нельзя исключать того, что кыргызская тема всплывет и во время саммита ШОС в Ташкенте, так как события в этой республике, прямо или косвенно, но задевают интересы всех участников Шанхайской организации сотрудничества. Тем более что после завершения Ташкентского саммита председательство в ШОС сроком на один год с июня 2010 по июнь 2011 перейдет к Казахстану. Тем самым республика будет сидеть на двух председательствующих стульях в ОБСЕ и ШОС. Надо отметить, что и для Китая, угроза активизации экстремистских и террористических организаций в Центральной Азии в связи со сменой власти в Бишкеке представляет не меньшую угрозу, чем для Узбекистана или Казахстана. Стоит напомнить, что в рамках ШОС также создан денежный фонд для кредитования экономик стран-участниц, на который может рассчитывать Бишкек. Кроме того, приняв на вооружение концепцию «двух колес», то есть «безопасность» и «экономика», Китай активно укрепляет свои позиции в Центральной Азии, используя ШОС как один из инструментов усиления своего геополитического влияния. И основным плацдармом, судя по всему, является именно Казахстан. По крайней мере, на этой неделе нашу республику с официальным визитом посетит председатель КНР Ху Цзиньтао, который в последнее время довольно часто посещает РК.
Казахстанская модель «третьего пути» развития
Александр Нефёдов
14 апреля 2010 г.
Казахстану необходима
интеллектуальная революция,
которая позволит пробудить и
реализовать потенциал нашей нации
Н.Назарбаев
Во всём мире ещё нет вразумительной модели посткризисного развития стран. Если учитывать состояние общественных наук, то её, в принципе, и быть не может. Откуда ей взяться, если ни в научном сообществе, ни в стане политиков нет единства понимания действительных причин мирового кризиса, сути общественных проблем? Единый мир видится всем по-разному. Без единства понимания не может быть согласованности действий и, следовательно, успеха. Проблема многовариантности моделей посткризисного развития является неопровержимым доказательством убогого состояния общественных наук. Интеллектуальная революция необходима не только Казахстану. Она необходима всему миру. Учёным предстоит осуществить некий дерзкий прорыв в понимании единого принципа, посредством которого можно смоделировать мировоззрение консолидирующего типа – основу признания подавляющим большинством определённой модели посткризисного развития стран, определённой стратегии трансформации существующих систем жизнедеятельности людей. Речь идёт о некой точке опоры, о неком общепризнанном архитектурном стиле построения общественного здания, более устойчивого, более благополучного во всех отношениях.
В настоящий момент уже есть теоретическая разработка, в которой казахстанскими учёными предпринята попытка вывести из логики природной рациональности руководящий для социума принцип, дающий мировоззренческую ориентированность для ненасильственного созидания цивилизованного (непротиворечивого) общества. Некоторые западные учёные уже восприняли эту разработку как попытку в поисках «третьего пути». Множество подобных мнений позволяют обозначить данную разработку как казахстанскую модель «третьего пути» развития.
Осмысление модели посткризисного развития стран вне самой сути мировой проблематики – внутренней противоречивости – не является научным, не является востребованным. Учитывая важность данного постулата, теоретической основой казахстанской модели стала совершенно новая философская, экономическая и социологическая концепция – концепция непротиворечивого общества. Казахстанская модель предусматривает выход из кризиса через реформирование капитализма, через эволюционное разрешение наследственно присущих ему противоречий, которые обусловили наличие в рыночном механизме кризисных явлений. Казахстанская модель «третьего пути» развития – это не модель посткризисного развития стран. Это модель посткризисной эпохи, поскольку устраняет не последствия кризиса, а его глубинные причины, обеспечивая тем самым устойчивое экономическое развитие, социальное и духовное благополучие. Методологической основой реформирования капитализма стала социально-экономическая интерпретация законов природы, в рациональности которых невозможно усомниться. Предлагаемый алгоритм реформирования капитализма полностью соответствует целевым установкам, заявленным на парижской конференции «Новый мир, новый капитализм». Он также соответствует стремлениям европейских стран, заявленным в Лаакенской декларации, в частности, в стремлении подчинить глобализацию целям достижения солидарности и устойчивого развития. Концепция непротиворечивого общества всецело способствует достижению основных целей, поставленных перед Римским клубом. Она также созвучна с идеей плана радикального обновления, высказанной президентом Казахстана Н. Назарбаевым.
Любая система, в которой одна часть развивается быстрее другой, со временем становится все более и более ущербной. В процессе общественного развития для устранения ущербности капитализма прилагались усилия различного характера. Множество теорий «классового сотрудничества», доктрин различных направлений научных школ, налаживающие рыночные механизмы и усиливающие государственное регулирование рынка, не смогли полностью устранить противоречивость интересов созидающих сил, придать развитию рыночной экономики устойчивую эффективность и благоприятную социальную направленность. Хромое мироустройство, в сущности, не лечили, а выдумывали различные костыли. Одним из социальных костылей стала социал-демократия. Построение так называемого социалистического общества, в котором пытались воплотить бредовую мечту Маркса о «поглощении экономического улучшенным социальным», стало страшной трагедией человечества. Казахстанская модель «третьего пути» развития основана на ином понимании: экономическое развитие является содержанием, а социальное – его формой. Суть выхода на этот путь можно выразить как вмонтирование в рыночную экономику механизма естественной социальной регуляции, который будет без вмешательства государства обеспечивать параллельность экономического и социального развития общества, согласованность материального и духовного мира. Отсутствие именно этого механизма сделало рыночную экономику социально безответственной, которое всегда компенсировалось усилением различных форм контроля со стороны государства и профессиональных союзов. Именно такая экономика «противна природе», т.е. противоестественна (Аристотель). Напрасно пытаться сделать бизнес социально ответственным в условиях отсутствия такого механизма.
Древнекитайский мудрец Конфуций отмечал, что «...середина есть точка, ближайшая к мудрости; не дойти до нее — то же самое, что ее перейти». Австрийский философ Карл Поппер считал разумной ту политику, при которой «нет места для поляризации левых и правых сил». Разумный путь развития общества — это, как я считаю, и есть так называемый «третий путь», который принято ассоциировать с некой серединой. То есть корабль общества должен плыть по фарватеру, который, как известно, максимально отдален от берегов крайностей-противоположностей. Отклонения, происходящие из-за мировоззренческого косоглазия, влево или вправо, подвергают общественный корабль опасности, замедляет движение вперед. Социально ущербный капитализм и экономически ошибочный социализм — это крайности по отношению к оптимальному – «третьему пути» – развития. Кидаться из крайности в крайность – это всегда трагедия для общества. Для развития общества недопустимо сбиваться с эволюционной колеи. Концепция «великого отказа» Маркузе — отказа как от капитализма, так и от советской модели социализма — подтверждает эту мысль. В реальной практике, из-за слабости общественных наук, имеются лишь искусственные (экзотические) фрагменты «третьего пути», своего рода гибриды политико-экономических идей либерализма и социал-демократии. Эти элементы создают весьма слабый иммунитет общественного организма, недостаточно надежную основу для его устойчивого развития. Искусственный вариант «третьего пути» не стал в настоящее время и не может стать фундаментальной теорией, пригодной для созидания в начале XXI столетия цивилизованного (непротиворечивого) общества. Такой вариант стал «всего лишь, — как выразился Тони Блэр, — разбавленной версией рейганизма-тэтчеризма: то есть не столько неким новым движением, сколько прагматичным, если не циничным, средством создания впечатления об умеренности либералов при продолжении долгосрочного смещения вправо» [1]. Казахстанская модель «третьего пути» развития – это не синтез всего положительного, присущего капитализму и социализму. Это совершенствование капитализма, в процессе которого возникнут и укрепятся некоторые положительные моменты, некогда присущие экспериментальному социализму.
В течение более чем двух тысячелетий подавляющее большинство ученых принимали за должное то, что стремления одних членов общества идут вразрез со стремлениями других, что общественная жизнь полна противоречий, что история представляет собой борьбу между классами и народами, смену периодов революции и реакции, мира и войн, кризиса и подъёма. Концепция непротиворечивого общества, анализируя исторический опыт, открывает и всесторонне обосновывает ненасильственный вариант разрешения всех базовых противоречий, из-за которых социальный мир стал жестоким и алогичным. Причём чисто экономически: путём изменения структуры цены. Конкретнее: путём введения системы относительной (или качественной) заработной платы, которая представляет собой относительную величину от качественного показателя экономической деятельности. Зарплата служащих, к примеру, будет представлять собой должностной коэффициент – долю от прибыли или, для начала, от основного прибылеобразующего показателя. А госслужащие, в условиях новой системы, будут как бы акционерами по должности, неимущими предпринимателями государственного (регионального, ведомственного) масштаба, получающие дивиденды (зарплату) пропорционально эффективности соответствующего сегмента экономики. Новая система оплаты, как передовая мотивационная система, основанная на усилении мотива эффективности, является «открытием» такого механизма экономического развития, смысл которого — предоставить людям возможность зарабатывать соответственно достигнутым своими стараниями результатам и обеспечивать, таким образом, соответствующее качество жизни, — совпадает с целью рыночной экономики — максимализацией прибыли. Данная система чрезвычайно востребована, поскольку для подавляющего большинства граждан любой страны нет ничего актуальнее экономики в ее личном восприятии. Тем более, что сейчас многие правительства осознают необходимость совершенствовать рыночную экономику в интересах всех социальных слоев и групп населения.
При качественной системе оплаты труда интересы собственников и работников станут, что наиболее важно, однонаправленными. Увеличивая своими стараниями прибыль собственника средств производства (предпринимателя или государства) наемные работники будут увеличивать свою заработную плату. Обоюдная материальная заинтересованность в повышении прибыли научит их сообща изыскивать возможности снижения издержек, повышать производительность труда, улучшать качество и увеличивать объем производства (реализации) продукции, модернизировать основные средства, осуществлять инновационную деятельность и т.д. Каждый работник будет как бы «маленьким собственником» — совладельцем (в пределах своей меры оплаты) частной или государственной собственности, — имеющим реальную возможность своими стараниям вырасти до «большого собственника». Работники станут сотрудниками владельцев средств производства, они уже не будут чувствовать себя чьими-то рабами. Так сложится сотруднический тип производственных отношений, который отличается высокой степенью личной вовлеченности и осознанным желанием кооперировать свои усилия с другими работниками. Поскольку интересы личности и коллектива станут согласованными, то трудовой коллектив станет работать единой слаженной командой. Качественная оплата труда госслужащих также создаст сотруднический тип отношений государства и бизнес-сообществ, значительно эффективный, чем государственно-частное партнёрство. Данный тип отношений создаст основу стабильности в обществе.
Однонаправленность интересов, порождающее единство целей, ликвидирует классовую враждебность и, следовательно, противостояние социальных групп. Исчезнет узловой антагонизм труда и капитала. Естественным состоянием общества станет не «борьба всех со всеми», а «согласованность всех со всеми». Ликвидируется экономическая основа социальной революции. Начнётся классовая ассимиляция, которая будет консолидировать всё общество, расширять и укреплять позиции среднего класса. (Рост среднего класса может быть результатом только рациональной политики) «Гармонизация интересов труда и капитала методом применения качественной оплаты труда станет стимулом производства максимальной добавочной прибыли» [2] – таков вывод, сделанный группой исследователей под руководством казахстанского профессора С.Байзакова. По его мнению, «…в мире нанотехнологий наибольшее развитие получит именно новая качественная система оплаты труда, которая обеспечит полноправную интеграцию человеческого капитала с финансовым капиталом» [3]. Понимая важность новой мотивации к труду, казахстанские ученые из Института экономических исследований считают, что «…ключевым инструментом инновационных вливаний в экономику предприятий является качественный метод оплаты труда Нефёдова» [4].
При новой системе оплаты прекратится относительное обнищание работников, ошибочно квалифицированное Марксом как экономический закон, действующий при капитализме.
При качественной системе оплаты труда общественному характеру производства станет соответствовать общественная форма присвоения. Тем самым ликвидируется основное, как считают марксисты, противоречие капитализма. Считаю необходимым отметить, что основное экономическое требование для созидания непротиворечивого общества гласит так: определенному характеру производства должна соответствовать такая же форма присвоения. Частному — частная, общественному — общественная. Данное соответствие достигается при любой форме собственности.
Введение новой системы оплаты решит проблему отчужденности работников от средств производства и продуктов своей деятельности. Преодоление отчуждённости госслужащих ликвидирует в системе государственного управления внутреннюю склонность к пороку, заблокирует коррупционные устремления. Именно проблема отчуждённости чиновников от результатов своей деятельности предопределила живучесть коррупции и теневой экономики, неблаговидных связей между правительством и бизнесом и т.п. Преодоление отчуждённости создаст экономические гарантия «здорового» руководства.
Введение новой мотивация к труду обессмыслит значение формы собственности. (Это и есть рациональный вариант решения вопроса собственности) Частные фирмы и государственные предприятия станут в равной степени экономически и социально эффективными. Людям в действительности нужна не собственность, а возможность зарабатывать соответственно своим стараниям. Разумный, на мой взгляд, вариант решения проблемы богатых и бедных в том и заключается, что не предоставляет помощь, не создаёт мощные системы социальных гарантий, а предоставляет возможности, побуждающие неимущих к честной и активной трудовой деятельности, в соответствии с эффективностью которой будет автоматически определяться их материальное вознаграждение. Утвердится принцип «от каждого – по способностям, каждому – по результатам». Частная собственность потому стала источником продуктивного труда и свободной хозяйственной инициативы и приобрела влиятельный статус, что всегда давала возможность зарабатывать соответственно индивидуальному умению (или соответственно достигнутой прибыли). «Третий путь» развития предполагает наличие коллективной системы предпринимательства, открытой для участия государства. То есть государственные предприятия, применяющие качественную систему оплаты, также станут субъектами рыночной экономики, способными конкурировать с частными фирмами. Наличие данной системы позволит государству косвенными (рыночными) мерами принуждать к рациональному экономическому поведению частный сектор. Эта система, к тому же, расширяет зону применения демократических принципов, поскольку только на государственных фирмах можно вводить выборность руководителей. В экономической жизни общества главным станет не борьба за собственность, а стремление всех (не только частных собственников) к эффективности хозяйственной деятельности. Такое положение дел даст мощный импульс рационализации национальной экономики.
Поскольку преданность работников целям предпринимательских фирм и государственных предприятий станет функцией материальных вознаграждений, связанных с достижением положительных результатов, то естественным путём (без тотального надзирательства и чрезмерной регламентации) изживутся многие проблемы хозяйственной жизни: мошенничество, раздувание штатов, образование чрезмерных товарных остатков, неэкономное расходование материалов и т.д. Каждый работник уже не будет безучастно созерцать неразумное хозяйствование, мошенничество или вредительство своих сотрудников, подчиненных и даже руководителей. Любой ущерб, нанесенный предприятию, станет как бы обкрадыванием своих же сотрудников. Весьма сомнительно, что при такой системе кто-то позволит кому-то его обворовывать. Работников (а также госслужащих) заставит быть честными необходимость и выгодность. Создастся механизм внутреннего контроля, который, несомненно, более эффективен, чем внешний — надзирательский. Высокий статус честного труда востребует деловой принцип подбора и расстановки кадров. Именно это активирует нравственное исцеление «больного», классово-враждебного общества.
«Основное кредо «третьего пути» развития, – по мнению американского политика и экономиста Р.Рейча, – заключается в том, что к выгодам от экономического роста, подгоняемого политикой свободного рынка, могут приобщиться весьма широкие массы населения...»[5]. Приватизация приобщает к выгодам только избранных, создавая элитарный капитализм. Акционирование предприятий является примитивной попыткой расширить зону приобщения. Только введение качественной системы оплаты приобщит широкие массы, создавая цивилизованный капитализм – капитализм для всех. Пренебрегать данным способом приобщения людей к рыночной экономике — значит наносить ей вред. Приверженность рыночных ортодоксов своим надуманным «священным ценностям» ускоряет кризис капиталистической системы. Высокая степень вовлеченности широких масс в рыночную экономику как раз и характеризует приближенность к реальному «третьему пути». Для повышения степени этой «включенности» форма собственности не имеет принципиального значения. Таким образом, выход на казахстанский «третий путь» развития состоит в созидании непротиворечивого общества как метода «запуска в рыночную экономику» гуманитарного капитала. Это, несомненно, повысит не только эффективность и устойчивость рыночной экономики, но привлекательность либеральных ценностей.
Экономической основой казахстанской модели «третьего пути» развития является совершенная рыночная экономика – способная решать социальные проблемы без активного участия государства, функционировать без циклических кризисов. Такой экономике не присущи такие проблемы как безработица, инфляция, теневая экономика, информационная закрытость власти и бизнеса.
Обеспечивать сбалансированность рынка труда путём сокращения продолжительности рабочего времени возможно только за счёт определённой части прироста эффективности. То есть суть решения проблемы безработицы в том, чтобы постоянно делиться с безработными не заработанными деньгами, а рабочим временем, сохраняя зарплату работающих на прежнем уровне. Необходимость данных мер диктует объективность процессов, усугубляющих проблему безработицы (технологический прогресс, оптимизация хозяйственной деятельности). Применять данные меры становится возможным только в условиях совершенной экономики. Казахстанская модель исключает наличие безработицы как принуждающую к дешевому труду меру. Для неё характерна политика полной занятости.
Введение качественной системы оплаты труда создаст в рыночной экономике естественный антиинфляционный механизм. Действительно заработанная плата как часть прибыли объективно не может быть инфляционной, поскольку размер спроса объективно равен размеру реализованного предложения. Новая мотивация к труду создаст жесткий, но экономически правильный барьер, способный воспрепятствовать инфляции. Участники экономики смогут осуществить спрос (получить прибыль, а значит и заработную плату) только после того, как создадут соответствующее потребностям предложение (реализуют результаты своей деятельности). То есть при новой системе оплаты труда спрос будет гарантирован предложением, который по своей природе является антиинфляционным. Жесткость и справедливость условий будет прививать в общественном сознании экономический типа мышления, предполагающий умение эффективно хозяйствовать. (Социальная политика коммунистов и социал-демократов, не способствующая такому типу мышления, наносит вред развитию общества)
Новая структура цены развеет ещё один миф: рыночной экономике объективно присуща теневая экономика. Её устойчивое существование обусловило отсутствие прозрачных, стабильных и благоприятных условий для честной и активной трудовой деятельности всех участников экономики. «Естественным» следствием существующей системы жизнеустройства общества стала криминализация хозяйственной жизни и мошенничество, которые ныне достигли угрожающих размеров. Во всем мире предпринимательскому усердию и инвестиционной активности бросает вызов «виртуальная экономика», связанная с деятельностью фиктивного капитала. Теневая экономика – это своего рода «подхоз» коррумпированной власти. Доля теневой экономики всегда соответствует степени коррумпированности власти. Эти проблемы невозможно изжить ужесточением наказаний, повышением зарплаты госслужащих. Только путём осторожного создания экономических гарантий «здорового» руководства можно без эксцессов излечить систему государственного управления от коррупции и, тем самым, свести на нет теневую экономику. Излечить и постоянно удерживать деятельность госчиновников в рациональной зоне. У власти и бизнеса появятся общие цели, однонаправленные интересы, согласованные и соблюдаемые правила экономической игры, что, несомненно, сделает противоестественными такие явления как коррупция, теневая экономика, информационная скрытность. Это и есть мирный, ненасильственный вариант решения данных проблем, свойственный цивилизованному обществу.
Концепция непротиворечивого общества, оперирую принципами природной рациональности, крушит многие парадигмы: вскрывает несовершенство либерализма, алогичность марксизма, неэффективность социал-демократии, примитивность синергетики, абсурдность постмодерна. Она рождает философию реального рационализма, обосновывает необходимость другой диалектики, ставит иной основной вопрос философии. Она способна стать уважаемой альтернативой религиозному образу мышления. Она может сделать процесс глобализации гуманным. Она даёт всем странам технологию разрешения основных противоречий общественного развития и, соответственно, порождаемых ими проблем; основу межгосударственной интеграции; основу преемственности власти; мировоззренческую ориентированность и идеологическую сплочённость для выхода на совершенно новый путь устойчивого социально-экономического развития современного общества…. Масштаб новизны позволяет обозначить данную теоретическую разработку как коренной перелом в общественных науках. Это и есть интеллектуальная революция, осуществляемая казахстанскими учёными. Это достойнейший вклад в «преодоление, – как отмечается в «Стратегии-2030», – старого менталитета и мышления, идеологических шор, вынесенных из недавнего прошлого и других препятствий на пути социального – экономического развития»[6].
Мировую перманентную депрессию не удастся переждать. Ком противоречий, проблем, конфликтов продолжает нарастать. Время исправлять ошибки, переустраивать общество неизбежно наступит. Для руководства каждой страны это будет суровый экзамен на выживание, на эффективность государства, на политическую мудрость, решительность и сплочённость. Самое требуемое для успеха – это «вооруженность» передовой системой знаний, адекватной эффективному решению проблем современности. Казахстанская модель «третьего пути» развития, как образец системного и всесторонне обоснованного подхода к решению общественных проблем, вполне может претендовать на такое мировоззрение. Это, несомненно, гордость казахстанских общественных наук. Она может стать гордостью и руководства Казахстана, будь на то его воля. Имея на «вооружении» универсальную модель общественного развития, основанную на идеи социально и нравственно благополучного либерализма, руководство Казахстана, став конструктором нового общества, может дать мировому сообществу уникальный практический опыт. Тот, который изменит весь мир к лучшему.
Список использованных источников
1..Роберт Рейч «Мы все теперь идем по Третьему Пути»
http://lib.rin.ru/doc/i/104835p.html
2. Байзаков С.Б., Иманалиев Ж.А. Доклад на круглом столе «Исламская
экономика», Научные труды ВЭО России, Т.106 ,МОСКВА, 2009
3. Байзаков С.Б. «Прикладные инструменты системного анализа
экономических индикаторов» – Астана: Изд. КарГУ, 2008
4. Материалы III Научных чтений профессоров-экономистов и
докторантов (Екатеринбург, 2–4 февраля 2010 г.), Часть 2
5. Роберт Рейч «Мы все теперь идем по Третьему Пути»
http://lib.rin.ru/doc/i/104835p.html
6. Программа «Казахстан – 2030», http://portal.mfa.kz/portal/page
-
Персона
Главный редактор сайта risk.kz
:
Досым Сатпаев - директор "Группы оценки рисков", кандидат политических наук.
