Украинские банки присматриваются к опыту Казахстана
Алматы-Киев-Алматы
Еще в прошлом году, Казахстан, как на подиуме, в основном, демонстрировал успехи развития своей банковской системы. Но уже сейчас, республика все больше привлекает внимание не успехами, а теми шишками, которые она набивает, пытаясь преодолеть стагнационные процессы в своем финансовом секторе. В этом есть минусы, но, как говорится: «Так закалялась сталь!». Именно эта тема, была одной из центральных, во время участия казахстанской делегации финансистов и государственных регуляторов в работе очередного съезда Ассоциации украинских банков в Киеве.
С казахстанской стороны, в состав делегации входили представители Национального банка Казахстана, Агентства РК по регулированию и надзору финансового рынка и финансовых организаций, Евразийского клуба банкиров и Ассоциации финансистов Казахстана. Они рассказали украинским коллегам о тех мерах, которые предпринимает государство и банки Казахстана для преодоления последствий снижения ликвидности на мировом рынке. Об этих мерах достаточно хорошо известно в нашей республике, поэтому более интересным является попытка провести сравнительный анализ финансовых систем Казахстана и Украины на фоне неблагоприятных мировых экономических процессов.
Если суммировать выступления всех украинских участников, то вырисовывается следующая картина. С одной стороны, по количеству банков, а их свыше 100, в том числе иностранных и с иностранным участием, Украина впереди Казахстана. В частности в этой стране, действует 47 банков с участием иностранного капитала и 17 банков со 100% иностранным участием. Среди них можно увидеть знакомые лица, как, например, итальянскую группу Unicredit, которая уже прикупила АТФ банк в Казахстане. Более того, к их числу относится и казахстанский БТА, который открыл на Украине свое представительство и, судя по многочисленным билбордам на улицах Киева, сейчас проводит активную рекламную кампанию. В результате, финансовый сектор Украины является лидером по привлечению инвестиций, объем которых составил 39.2%.
С другой стороны, качество многих местных банков оставляет желать лучшего и по уровню своего развития большинство из них находится еще в середине 90-х годов. Причин для этого несколько. По мнению некоторых украинских банкиров, в этом виноваты иностранные финансовые структуры, которые занимаются демпингом на рынке финансовых услуг, имея регулярный доступ к более дешевым кредитам. Хотя, если проанализировать источник иностранных капиталов в банковской системе Украины, то приходишь к выводу, что многие из них имеют оффшорное происхождение. Более того, закрадывается подозрение, что за некоторыми из оффшоров стоят российские финансовые структуры.
Не меньше и тех, кто многие проблемы в развитии украинской банковской системы видит в политической нестабильности, которая подтверждает тезис о том, что политическое бытие часто определяет экономическое сознание. В условиях постоянной угрозы передела собственности и внутриэлитных конфликтов, многие финансовые структуры Украины не чувствуют себя уверенно. Как заявил, г-н Азаров, руководитель комитета по финансово-банковской деятельности Верховной Рады, сам парламент часто является порождением нестабильности, которая влияет на экономическую ситуацию в стране. Именно поэтому, в Украине нет стройной банковской системы, нет системообразующего законодательства. В частности, речь идет об отсутствии единого валютного регулирования. Беспокоит высокий уровень коррупции и неэффективная борьба с нелегальными денежными потоками. Более того, одной из причин роста инфляции является непроработанная фискальная политика и существующая политическая напряженность. По мнению того же Азаров, Украина впервые имеет бюджет, который стимулирует инфляцию. В связи с этим, есть даже угроза перехода в гиперинфляцию. Насколько можно понять, свою копилку в этот процесс также внесла премьер-министр Юлия Тимошенко с ее идей выплатить долги по советским сбережениям, что больше пахло популизмом, чем экономической целесообразностью. Кстати, украинские политические баталии имеют свое зеркальное отражение и в финансовом секторе страны, где распространение получает рейдерство со стороны некоторых украинских банков.
Также не удалось реализовать пенсионную реформу, которая идет с 2004 года. И хотя в Казахстане эта реформа началась почти десять лет назад, пенсионная система страны также имеет немало проблем, в первую очередь связанных с дефицитом инвестиционных инструментом. Интересно то, что в соседней России, по-своему решили использовать деньги из пенсионных фондов, которые стали поступать в банковскую систему страны через Внешэкономбанк для повышения их ликвидности.
Но, скорее всего, многим украинским политикам не до этого. Как показывает нарастающий конфликт между Ющенко и Тимошенко, процесс перераспределения власти еще не закончился, а постоянные бойкоты со стороны сторонников Януковича в Верховной Раде тормозят принятие многих законопроектов. Хотя, если рассматривать, все эти политические бои, как болезнь роста и определенный этап в эволюции политической системы Украины, то в лучшем случае это приведет к созданию более конкурентоспособного государства, которое создаст полноценную рыночную экономику. Все-таки географическое присутствие в сфере влияния ЕС ускорит этот процесс.
Если вернутся к банковской системе Украины, то, насколько можно понять, среди ее представителей нет общей точки зрения по поводу того, как отразилось повышение мировой волатильности на финансовом секторе страны. Одни уверены, что кризисные процессы обошли Украину стороной. Другие, считают, что проблем довольно много. Так, например, есть проблема с большим корпоративным внешним долгом, что сближает Украину и Казахстан. В целом в 2007 году, внешний долг Украины составил $85 млрд. долларов.
Представитель МВФ, также в список проблем, включил перегрев экономики, низкое качество кредита и залога плюс высокий уровень долларизации страны. Более того, спикер от «Boston Consulting Group» вообще заявил о том, что украинская банковская система развивается по казахстанской модели и имеет те же самые уязвимые зоны. При этом, нельзя не согласиться с тем, что, в первую очередь, должна быть сохранена финансовая система, а не собственники банков, которые должны принять на себя все потери. Интересными являются три варианта спасения проблемных банков, которые активно обсуждаются и в Казахстане. Либо это экстренное вливание дополнительного капитала со стороны собственников или инвесторов, либо выкуп конкурентами при поддержке Национального банка, либо национализация. На этом фоне, не удивительным был интерес украинских банкиров к казахстанскому опыту. Хотя и Казахстану есть чему поучиться у Украины. В частности речь идет о создании в 2005 году, бюро кредитных историй, аналог которого лишь недавно появился в нашей республике.
Брак по расчету
17-18 апреля прошел официальный визит президента Кыргызстана Курманбека Бакиева в Казахстан.
Судя по всему, к поездке он подготовился основательно, так как все-таки смог через свою партию «Ак Жол» протолкнуть в парламенте решение о передаче в собственность Казахстану четырех иссык-кульских пансионатов, а также ратифицировать договор о государственной границе с нашей республикой. Лично для Бакиева такой разворот событий был выгоден, так как Астану надо было убедить в своих прочных политических позициях, в том числе в парламенте.
Хотя дело не в пансионатах, а в том, что у Кыргызстана нет большого выбора среди стратегических партнеров. Тот же Китай, Россия, США или ЕС все больше обхаживают нефтегазовые центрально-азиатские республики. А Кыргызстан и Таджикистан напоминают бесприданниц, на которых меньше обращают внимание. В этих условиях, Бакиеву крайне не выгодно поддаваться на ура-патриотические возгласы некоторых кыргызских политиков о казахстанской экономической экспансии и появлении нового «старшего брата». Кыргызский президент больше сторонник брака по расчету, тем более от этого брака может зависеть его политическое будущее. Именно поэтому, ровно год назад был создан Высший межгосударственный совет, а также Совет министров иностранных дел двух стран. И, самое главное, было подписано межправительственного соглашения о создании казахстанско-кыргызского инвестиционного фонда с капиталом в $120 млн. долларов, где $100 млн. долларов должна была вложить казахстанская сторона, а $20 млн. Кыргызстан. Тогда же Казахстан преподнес свой подарок Бишкеку, списав долг кыргызской железной дороги и заявив о своей готовности принять участие в тендере по строительству Камбаратинских ГЭС-1 и ГЭС-2. Вроде бы мало воды утекло с тех пор, но ситуация кардинально изменилась. Сейчас Казахстан затягивает экономические пояса, активно борясь с последствиями снижения ликвидности на мировом рынке. Вводятся новые ограничения на экспорт стратегических товаров, растет инфляция и безработица, страдает малый и средний бизнес, звучат призывы к банковским структурам Казахстана сократить присутствие в странах с высоким уровнем рисков. Естественно, все это, прямым образом отразиться на Кыргызстане, ведь Казахстан занимал первое место в списке стран, осуществляющих инвестиции в экономику этой страны. Здесь работало около 400 предприятий с участием казахстанского капитала, а в самом Казахстане работу нашли 60 тысяч кыргызстанцев. Доля казахстанских банков на кредитном рынке Кыргызстана составляла более 50%. При этом, как отмечают некоторые кыргызские эксперты, сейчас самый актуальный для Кыргызстана вопрос, это продовольственная безопасность и ГСМ. Но введение пошлины на экспорт казахстанской сырой нефти, а также возможное ограничение зернового экспорта может привести к тому, что Бакиеву придется готовиться к голодным бунтам, энергетическому кризису и к новым, более жестким столкновениям с оппозицией, которая успеет к осени нарастить протестную социальную базу.
Конец НЭПа
Никто уже не питает иллюзий по поводу быстрого вывода мировой экономики из затяжного пике финансовых проблем. Все чаще появляются прогнозы, одно мрачнее другого.
Одни заявляют, что последствия текущей мировой экономической стагнации могут быть гораздо серьезнее, чем после азиатского кризиса 1997-98 годов. Агентство «Fitch Ratings» не отстает и утверждает, что темпы роста глобальной экономики в текущем году станут самыми низкими за последнее пятилетие. При этом мировая экономика будет переживать тяжелое время в ближайшие 18 месяцев. Глава ФРС США Бен Бернанке все-таки признал наличие угрозы рецессии для американской экономики. В свою очередь, Джордж Сорос, заявил о том, что статус США, как экономической сверхдержавы, больше не гарантирован, а текущий финансовый кризис является самым худшим со времен Великой депрессии, отметив, что рынки будут падать и дальше в этом году после краткосрочного подъема.
Если все эти прогнозы сбудутся, то в экономических системах многих стран произойдут определенные изменения. Их суть вполне конкретно выразил глава МВФ Д.Стросс-Кан, который считает, что в нынешних условиях необходимость вмешательства правительств на рынке ценных бумаг, в жилищном или в банковском секторе, - станет «третьей линией защиты», которая поддержит денежно-кредитную и фискальную политику. Хотя в Казахстане этот процесс уже начался, где из уст чиновников все чаще сыплется военно-экономический слэнг: «аудит с пристрастием!», «ограничение экспорта», «борьба с инфляцией», «усиление государственного контроля», «ограничение внешних заимствований» и т.д. Меняется государственная политика, как по отношению к реальному сектору, так и к финансовым структурам. Идет процесс огосударствления экономики посредством ужесточения законодательства или через выкуп акций. Это видно в энергетической сфере, наблюдается в горнорудной промышленности, уже произошло на информационном пространстве и может начаться в финансовом секторе, где идет тайная позиционная война между банками второго уровня и государственными регуляторами. Проводя исторические параллели, в Казахстане период НЭПа закончился. Государственный патернализм из сферы политики медленно, но уверенно перетекает в экономику. Но на фоне громких коррупционных скандалов, постоянно неосвоенных бюджетов, межведомственных конфликтов, неэффективной борьбы с инфляцией, все же возникает сомнение, что государство у нас будет хорошим управленцем рыночных процессов.
Мы все в одной лодке
Правительство Казахстана приняло решение о строительстве Коксарайского водохранилища, в том числе, как необходимую меру по обеспечению национальной безопасности страны.
Интересно то, что проект данного водохранилища обсуждался в разных правительствах, по крайней мере, в течение десяти лет. Было много копий сломано между скептиками и оптимистами. И если с деньгами на строительство, судя по всему, у правительства больших проблем нет, то мнение о том, что водохранилище будет обширным, но неглубоким, а это приведет к потере до 1 млрд. кубометров воды ежегодно за счет испарений, в расчете решили не брать. Хотя, с точки зрения наших чиновников, они защищали интересы государства, что верно с тактической точки зрения. И здесь мы ничем не отличаемся от узбеков, которые, также обеспечивая свою «национальную безопасность», конфликтуют с Кыргызстаном из-за Нарынского каскада ГЭС или Токтогульского водохранилища. В свою очередь Бишкек, так же исходя из своей «национальной безопасности», не оставляет мысли превратить воду в такой же товар, как нефть и газ, чему активно препятствуют Казахстан и Узбекистан. Не отстает Таджикистан, где сосредоточены большие запасы пресной воды в ледниках (более 60% запасов Центральной Азии), регулирующих водный баланс рек региона. Душанбе активно завлекает инвесторов в сферу строительства гидроэлектростанций, некоторые из которых, как, например, Рогунская ГЭС вызывает протесты Узбекистана, значительная часть экономики которого основана на хлопке.
Вот так, каждый и тянет водное одеяло на себя, несмотря на то, что с высоких трибун постоянно говориться о водно-энергетической кооперации. А воз и ныне там. Это губительная ошибка для всего региона в целом с точки зрения его перспектив. Каждый занимается одиночным плаванием и не увязывает свое будущее с будущим всего региона. Об этом говорят не только местные эксперты. Взять хотя бы недавний доклад Европейского Союза, где указывается на возможность возникновения конфликтов в Центральной Азии из-за дефицита воды и продовольствия. По мнению аналитиков Лондонского института стратегических исследований, в ближайшем будущем, цена литра питьевой воды будет стоить дороже литра бензина. А это значит, что кыргызская и таджикская вода будет стоить дороже, чем наша нефть или туркменский газ. Если конечно, они не растеряют все свои ледники. Ведь согласно данным ЕС, во второй половине XX века площадь ледников Таджикистана уменьшилась на одну треть, в то время, как и Кыргызстан, за последние сорок лет, потерял около тысячи высокогорных ледников. От этого пострадают остальные страны региона, ибо все мы в одной лодке. Такими темпами Коксарайское водохранилище вообще будет пустым.
Ударим новым рейтингом по рынку
В Казахстан приехало несколько ревизоров из международного рейтингового агентства «Standard & Poor’s». Именно оно в конце прошлого года преподнесло нашему правительству неприятный сюрприз, понизив суверенные кредитные рейтинги Республики Казахстан.
Более деликатным было агентство «Moody’s», понизившее прогноз на негативный только в рейтинге шести крупных казахстанских банков. Хотя, в целом, руководство Казахстана болезненно восприняло все эти понижения, назвав новые рейтинги, как необъективные и непрофессиональные. Было даже заявлено о создании специальной группы для проведения road-show с целью предоставления международному бизнес сообществу более адекватной информации о текущей финансово-экономической ситуации в Казахстане. И причины для такого недовольства были.
Несмотря на то, что казахстанские банки действительно увлекались внешним заимствованием, что привело к росту корпоративного долга, а также были тесно связаны с «мыльным пузырем» на рынке недвижимости, государство не собиралось бросать их на произвол судьбы. Имея в качестве подушки безопасности Национальный фонд и золотовалютные резервы, финансовую систему страны вряд ли ждал дефолт. Но рейтинги все равно были понижены, что негативно сказалось на финансовой репутации Казахстана. Возникает странная ситуация. Понижение рейтингов агентства обосновывают ухудшением финансовых и экономических показателей. Но это часто приводит к еще большему снижению этих показателей по причине бегства инвесторов. Аналогом здесь может быть деятельность МВФ или Всемирного банка, которую жестко критиковал нобелевский лауреат Джозеф Стиглиц, обвиняя институты Бреттон-Вудской системы в том, что своими действиями они сами провоцировали ухудшение экономической обстановки в тех странах, где проводились реформы по их рекомендациям.
Многих смущало то, что рейтинговые агентства прозевали ипотечный кризис в США и все его последствия. Хотя их уже не раз критиковали за запоздалую реакцию на изменение кредитного качества потенциального заемщика. Возникло даже заявление со стороны ЕС о необходимости проверки всех рейтинговых агентств на предмет профессиональный деятельности, так как слишком много участников рынка ориентируются на их рейтинги, рассматривая их в качестве истины в последней инстанции. Что касается Казахстана, то он оказался крайним, так как, обжегшись на молоке, рейтинговые агентства стали дуть на воду. Понизив рейтинги республике и местным банкам, агентства просто пытались восстановить свою репутацию. Хотя, для Казахстана важным является не повышение рейтингов, а создание конкурентоспособной экономики, чьи перспективы не зависели бы от конъюнктурных действий любых внешних игроков.
-
Персона
Главный редактор сайта risk.kz
:
Досым Сатпаев - директор "Группы оценки рисков", кандидат политических наук.
