Турция пытается вернуться в Центральную Азию

В последнее время много говорится о геополитической игре вокруг Центральной Азии. Конечно, в основном, речь идет о крупных участникам, будь то США, Россия, ЕС или Китай. Хотя есть еще один игрок, который когда-то претендовал на лидирующие позиции в регионе, но упустил свой шанс и об этом сожалеет, пытаясь вернуться в регион.

Речь идет о Турции, которая, в последнее время, выдвинула новые инициативы по объединению тюркоязычного мира и все активнее пытается подключиться к энергетическим проектам стран Центральной Азии.

Именно о перспективах Турции в регионе и о существующих проблемах, с которыми она сталкивается, шла речь на международной конференции организованной турецким Институтом глобальной стратегии в городе Анкара 6 февраля текущего года.

Стоит отметить, что после распада СССР в 1991 году, Турция выступила одним из первых государств, признавших независимость бывших советских республик и была в числе тех стран, которые официально установили дипломатические отношения со всеми странами Центральной Азии. Но Турция не учла одного важного момента. Пытаясь занять доминирующие позиции в ЦА, она столкнулась с «парадом суверенитетом», при котором правящие элиты государств региона отвергали любую попытку нового идеологического доминирования. В результате стремительный старт в регионе при Тургут Озале и Сулеймане Демиреле закончился укреплением позиций Турции только в экономической сфере.

Стоит отметить, что сами турецкие эксперты вполне четко осознают это. Как заявил директор Института глобальной стратегии Отурум Баскани: «…к сожалению после обретения независимости стран Центральной Азии, Турция не смогла занять важное место в регионе». При этом, по мнению турецкого эксперта Хакана Фидана, проблема Турции состояла в том, что во время «холодной войны» Турция находилась в спячке и она утратила способность инициировать повестку дня. Но когда в начале 90-х годов, потребовалось это сделать, Турция не смогла. Теперь Анкаре придется учитывать фактор России и Китая в регионе. Без этого она не сможет проводить эффективную политику в ЦА. С ним согласен, профессор Института экономики и технологий Мустафа Айдын, который считает, что Турция не была подготовлена к распаду Советского Союза и у нее до сих пор нет хороших специалистов по Центральной Азии. Хотя Турция, по сравнению с тем же Китаем или ЕС, имела больше шансов укрепиться в регионе.

С точки зрения Мустафы Айдына, основным успехом Турции было усиление ее экономического присутствия. К неудачам он относит отсутствие союза тюркоязычных государств. При этом по вине самой Анкары, отношения между Турцией и странами ЦА сейчас не выделяются на фоне отношений Турции с другими регионами мира. Что касается перспектив, то эксперт приходит к выводу о том, что, во-первых, Турция должна продолжать поддерживать политическую и экономическую независимость стран ЦА. Во-вторых, она должна быть заинтересована в политической стабильности в этих странах во время смены власти. В-третьих, Турции следует дальше лоббировать проект транскаспийского газопровода. В-четвертых, Анкаре следует поощрять участие Казахстана в нефтепроводе Баку-Тбилиси-Джейхан. В-пятых, Турции стоит усилить сотрудничество в сфере образования. Но, в отличие от начала 90-х годов, ей следует не приглашать студентов, а учить их в странах региона. В-шестых, Турция должна помогать решать конкретные проблемы региона, например, водно-энергетические. Интересным является седьмой пункт, который касается ужесточения контроля за трудовой миграцией из Турции в Центральную Азию. Можно согласиться с турецким экспертом в том, что это приводит к социальной напряженности в некоторых странах региона, в том числе и в Казахстане, где уже были столкновения между турецкими и казахстанскими рабочими.

Стоит отметить, что особенностью текущей геополитической ситуации в Центральной Азии является активная деятельность различных региональных организаций, которые дополнили конкуренцию между отдельными государствами за влияние в регионе. В первую очередь, речь идет о ЕвразЭС, ОДКБ и ШОС. На этом фоне, Организация Экономического Сотрудничества с участием Турции, выглядит очень слабо. В целом, по поводу инвестиций можно сказать, что еще в1992 г. было создано Турецкое агентство международной кооперации (ТИКА) основной целью которого являлось координирование турецкой помощи странам региона в различных сферах, включая сельское хозяйство, образование, малое и среднее предпринимательство, энергетика, туризм и т.д. Однако, по мнению экспертов, инвестиционный потенциал Турции оказался слабее, чем других государств, что также ограничило ее присутствие в Центральной Азии. Конечно, Турция время от времени оказывает определенную финансовую помощь в виде грантов, кредитов и технической поддержки. Но она не сравнима с той помощью, которую оказывают другие страны, имеющие свои интересы в регионе. Турция сейчас не имеет ни политических, ни экономических рычагов для оказания какого-либо ощутимого влияния на тюркоязычные страны.

Зона турбулентности

Что касается президентского послания 2008 года, которое было озвучено в начале февраля, то оно сильно отличается от предыдущих выступлений главы государства, так как впервые, за последние в годы, в нем прозвучали тезисы о серьезных проблемах в социально-экономическом и финансовом развитии страны.

жегодное послание президента народу Казахстана всегда вызывает повышенный интерес. Причин для этого несколько. Во-первых, это является неким политическим ритуалом, когда раз в год демонстрируется единение власти и народа, объясняя обществу, куда оно движется и зачем. Во-вторых, через послание легко проследить тенденцию политического и экономического развития Казахстана, так как это своего рода идеологический документ, который расставляет красные флажки для всех. В-третьих, отношение к посланию президента, всегда неоднозначное, так как разные социальные и политические группы по своему видят приоритеты в развитии республики.

Что касается президентского послания 2008 года, которое было озвучено в начале февраля, то оно сильно отличается от предыдущих выступлений главы государства, так как впервые, за последние в годы, в нем прозвучали тезисы о серьезных проблемах в социально-экономическом и финансовом развитии страны. По крайней мере, именно с этого начал свое выступление президент. По своему духу, послание больше напоминало возвращение к «стратегии выживания», от которой наши власти официально отказались еще несколько лет назад в условиях безудержной эйфории и экономического бума. Можно сказать, что в Казахстане была дана установка на всеобщую мобилизацию всех ресурсов, чтобы выйти менее потрепанными из сложной полосы финансово-экономической нестабильности. Но, как это обычно бывает, в условиях любой мобилизации, государству необходимо иметь парочку «козлов отпущения», чтобы перенаправить в их сторону весь поток критики и социального недовольства.

Скорее всего, на эту неблагодарную роль были определены наши банковские структуры. Кроме этого, для государства сложилась благоприятная ситуация усилить свой контроль над банками второго уровня. Об этом, кстати, вполне откровенно заявил и сам президент в своем послании, когда призывал усвоить уроки, преподанные ипотечным кризисом в США, оказавшим серьезное влияние на наши банки. В качестве одной из мер, глава государства предложил АФН более внимательно отслеживать ситуацию в каждом банке и в случае необходимости принимать превентивные и действенные меры. Думаю, что наших банкиров должна озадачить фраза президента о том, что если акционеры банков не желают или неспособны привлекать дополнительные ресурсы для своего развития, то государство должно быть готово предпринять необходимые меры. Звучит довольно угрожающе. Хотя на фоне становления в Казахстане государственного капитализма, где чиновники пытаются вернуть себе контроль над основными секторами экономики, подобные заявление не вызывают удивления. И здесь хотелось бы вспомнить результаты нашего исследования, которое в прошлом году провел Центр исследований и мониторинга экономики Казахстана (ЦИМЭК) по теме: «Возможные социально-политические последствия экономического кризиса в Казахстане». Как оказалось, некоторые выводы, которые были сделаны в ходе исследования, нашли свое подтверждение и в послании президента. В частности, речь идет о пессимистическом сценарии, в котором говорилось о том, что финансовые и экономические проблемы в Казахстане могут иметь неоднозначные последствия для банковских структур. В попытках сохранить контроль над ситуацией, власти могут попытаться перевести все стрелки в сторону некоторых казахстанских бизнес структур, обвинив их в провоцировании кризисных ситуаций. И первой мишенью как раз назывался банковский сектор страны. Как говорится: «У победы всегда много отцов, а поражение остается круглой сиротой!». В условиях Казахстана эта фраза обычно сводиться к тому, что победа достается Назарбаеву, а поражение – все остальным.

Кроме этого, в исследовании говорилось о новых кадровых перестановках, которые должны были произойти с учетом повышения волатильности казахстанской экономики. Такие перестановки, в конце концов, произошли, хотя и не там, где многие ожидали. Вместо изменений в правительстве, которые, скорее всего, будут следующими, смена караула произошла в администрации президента, в руководстве партии «Нур Отан», в ФУР «Казына» и АФН.

С одной стороны, новых фигур не появилось. Все назначенцы широко известны и не только в узких кругах, будь то Кайрат Келимбетов или Адильбек Джаксыбеков. Кстати, первого и второго объединяет одна общая черта, а именно их равноудаленность от всех влиятельных групп давления. Это в глазах президента является скорее преимуществом, чем недостатком. При этом уход Адильбека Джаксыбекова на пост первого заместителя председателя партии «Нур Отан» не стоит рассматривать как понижении, особенно с учетом того, что данная партия давно уже срослась с государственными структурами и имеет серьезные административные ресурсы контроля парламента и правительства. Понижение скорее можно наблюдать у г-на Жумагулова, который переместился в парламент.

С другой стороны, в Казахстане давно уже сложилась практика «кадровых каруселей», когда одно и тоже лицо не может слишком долго занимать тот или иной пост. Его уход или повышение не всегда связано с явными проколами или достижениями. Тем более что явных проколов у Джаксыбекова не было. Это лишь убеждает в том, что для бывшего руководителя администрации президента нынешний пост в партии «Нур Отан», скорее всего, временная передышка перед новым назначением.

Что касается Кайрата Келимбетова, то его кадровое перемещение странным образом произошла после досрочного прекращения полномочий председателя правления Инвестиционного фонда Казахстана Зейнуллы Какимжанова. В своем последнем интервью Какимжанов заявил о том, что в Казахстане существует кризис управления экономическими процессами. Скорее всего, одной из причин появления данного интервью являлся возникший конфликт между уже бывшим председателем правления ФУР «Казына» Кайратом Келимбетовым и Какимжановым, который возглавлял фонд, входящий в «Казына». Этот конфликт довольно показательный, так как в этом же интервью Какимжанов поддержал казахстанских банкиров, которые давно выступают против политики ФУР «Казына» направленной на усиление позиций в контроле над казахстанской экономикой и банковской системой. Получается, что новое назначение Келимбетова также наносит удар по позициям банковского бизнес-сообщества, которое рядом с президентом получила своего оппонента.

Все это, говорит о том, что внутри президентской команды отвечающей за экономический блок уже зреют серьезные разногласия между «пессимистами» и «оптимистами», где первые, судя по всему, поигрывают. Кайрата Келимбетова скорее можно отнести к «оптимистам», а его назначение на пост руководителя администрации президента окончательно закрепит за этим исполнительным органом роль «второго правительства». Это связано с тем, что за последние несколько лет, администрация президента кроме организационно-идеологической работы, стала активно курировать и некоторые экономические сферы, например, деятельность государственного холдинга по управлению государственными активами «Самрук». Теперь, судя по всему, Келимбетов будет держать в прицеле своего внимания и ФУР «Казына», которая является его детищем.

Также определенная логика появления экономиста Кайрата Келимбетова на сугубо административной должности может быть связана с тем, что весь 2008 год будет годом финансовой реабилитации республики в глазах мирового бизнес сообщества. Но от нового главы администрации президента потребуются и новые способности. В частности, умение лавировать между элитными группировками и более активная работа по формированию внутренней политики страны. Не стоит забывать, что если в экономике Кайрат Келимбетов чувствовал себя как рыба в воде, то первый его политический дебют состоялся только в прошлом году, во время парламентских выборов, когда он впервые выступил в качестве публичного политики. Хотя, после завершения выборов, он также быстро ушел в политическую тень.

По поводу Армана Дунаева можно сказать, что его назначение на пост главы АО ФУР «Казына» вряд ли произошло бы без рекомендаций Кайрата Келимбетова. Это значит, что серьезные изменения в деятельности «Казына» вряд ли произойдут. Как не будет и резких движений в деятельности АФН, которое возглавила г-жа Бахмутова, являясь уже ставленницей Армана Дунаева. Здесь мы видим явную внутриведомственную преемственность. Кстати, в своем ежегодном послании, президент особо остановился на необходимости повысить роль АФН, которое теперь будет выполнять роль государственного «сторожевого пса» в контроле над всеми финансовыми игроками.

Также, по словам президента, правительство, АФН и Национальный Банк должны выстроить гибкую и надежную систему управления рисками, а также разработать систему мер быстрого реагирования для непредвиденных ситуаций. Это необходимо сделать хотя бы для того, чтобы окончательно не провалилась программа разработки нового Бюджетного Кодекса, в рамках которого собираются ввести новую систему трехлетнего государственного бюджетного планирования.

Но было неверным утверждать, что увеличение присутствия государства можно будет наблюдать только в финансовом секторе. Процесс ужесточения инвестиционных правил игры в добывающей сфере, судя по всему, будет продолжаться. Как заявил президент: «Главный вектор в нефтегазовой отрасли – усиление позиций государства в качестве влиятельного и ответственного участника международных нефтяных и энергетических рынков». Хотя речь здесь также шла о горнометаллургической промышленности, где государство также собирается увеличить свое влияние.

Все это говорит о том, что в 2008 году, Казахстан еще будут сотрясать новые конфликты и трения с инвесторами. Кроме введения нового налога на добычу полезных ископаемых вместо рентного налога, а также повышения экспортной пошлины на продажу нефти и газа, будет разработан новый Налоговый кодекс, где существенно снизиться количество льгот и преференций. В связи с этим, сразу же после выступления президента, премьер-министр Карим Масимов поручил приостановить заключение контрактов на недропользование по старым условиям. Более того, Министерству энергетики и минеральных ресурсов было поручено расторгнуть контракты с теми недропользователями, которые не исполнили взятые на себя обязательства. Насколько можно понять, одной из целей такой жесткой политики, является не только усиление роли государства в добывающей отрасли страны, но и превращение добывающих компаний в основных «дойных коров» с точки зрения налоговых выплат с целью компенсировать возрастающие государственные расходы на поддержку экономики страны в плавающем состоянии. Как заявил президент: «Ожидаемые потери бюджета должны быть компенсированы за счет повышения экономической отдачи от добывающего сектора».

При этом насколько можно понять, основные государственные расходы можно условно поделить на две части. Первая связана с реализацией государственных проектов, которые, судя по посланию, теперь направлены на обеспечение энергетической и продовольственной безопасности страны. И здесь, будут подключаться ресурсы национальных компаний и аффилированных с элитой бизнес-структур, которые должны выкупать акции стратегических предприятий у иностранных инвесторов, как это, например, уже делает «Казахмыс». Вторая часть расходов непосредственно касается социальной сферы, так как, по мнению президента, правительству необходимо временно, до преодоления проблем в финансовом секторе, сократить государственные расходы по всем направлениям и программам, кроме социальных. Это и не удивительно, учитывая то, что инфляция, рост безработицы, провал государственной жилищной программы, диктат монополий уже вызывает рост социального напряжения. Хотя в условиях высокого уровня коррупции, которая у нас не исчезла, а приобрела другие, более изощренные формы, все попытки президента, поставить под контроль государственные расходы и проводить «аудит с пристрастием», государственных средств, выделявшихся по основным государственным социально-экономическим программам, вряд ли приведут к быстрым позитивным результатам. Определенные сомнения в результативности вызывает и расширение полномочий Агентства по защите конкуренции, которое за последние годы имело разные формы и названия, но так и не смогло справиться с монополиями, учитывая их тесную связь с правящей элитой.

Стоит отметить, что в отличие от экономической части послания, проблемам политического развития страны было уделено меньше внимания, что удивляет, так как именно с этого года от Казахстана ожидают каких-то подвижек в политическом реформировании. Но, в выступлении президента, не прозвучало никаких намеков на то, что они произойдут, хотя еще в прошлом году министр иностранных дел Марат Тажин вполне конкретно говорил о возможных изменениях в выборном законодательстве и в законе «О СМИ». Судя по всему, тенденция становления в Казахстане партийной системы с доминирующей партией будет продолжаться, так как, по мнению главы государства: «На современном этапе модель с доминирующей партией «Нур Отан» может рассматриваться как оптимальная форма политической системы Казахстана». Сохраняется довольно типичная для Казахстана ситуация. Если в сфере экономики, президент делает жесткие заявления в адрес монополий и выступает за принятия закона «О конкуренции», то в политической области, глава государства продолжает делать ставку на монополию политическую, которая, как говорили классики марксизма-ленинизма, в любом виде, обычно ведет к загниванию. В этом плане, разговоры о поддержке социальных лифтов для кадрового обновления власти, в том числе через партийный механизм «Нур Отан», не имеют под собой никаких оснований, так как это номенклатурная партия, которая, из-за своего бюрократического консерватизма, априори не способна участвовать в формировании управленцев нового поколения.

Газовым аудитом по международному недоверию

По поводу нефтегазовых запасов прикаспийских государств, сложилась странная ситуация. С одной стороны, был период эйфории и активного прихода в регион крупнейших иностранных нефтегазовых компаний. В 90-х годах даже поговаривали о появлении серьезного конкурента для ближневосточной нефти со стороны каспийских государств.

Впоследствии это оказалось блефом, учитывая как низкое качество каспийской нефти, так и высокую стоимость ее транспортировки и транзита. С другой стороны, в некоторых из этих государств, даже инвесторы не знали, о каких реальных извлекаемых нефтегазовых запасах идет речь. В связи с этим появились и скептики. В частности, несколько лет назад на международной нефтегазовой выставке KIOGE в Алматы, тогда еще специальный представитель Госдепартамента США по делам Каспия Стивен Манн утверждал, что Каспий имеет всего 4% всех мировых запасов нефти.

Оптимистическую картину подпортил Азербайджан, где была выявлена существенная разница между ожидаемыми и незначительными реальными запасами нефти и газа на каспийском шельфе. Также окончательно не подтвержденный объем запасов нефтегазовых ресурсов в районе казахстанской и российской части Каспия, до сих пор держит других инвесторов в неуверенности. Но на этом фоне, настоящим «белым пятном» был Туркменистан, чьи истинные запасы газа до сих пор являются тайной за семью печатями. Конечно, аудиты по отдельным месторождениям проводились. Так, например, в 1996 году американская компания «Юнокал», которая лоббировала строительство туркменского газопровода через Афганистан в Пакистан, провела аудит крупнейшего в стране Давлетабадского туркменского газового месторождения. Тогда было установлено, что реальные запасы газа на Давлетабадском месторождении составляют 1,3 триллиона кубометров газа. Сейчас, по мнению экспертов, запасы максимум составляют 550-600 миллиардов. Затем, по некоторой информации, в конце 90-х годов аргентинская компания «Бридас» при участии туркменских геологов провела в республике геолого-разведочные работы, результаты которых также были засекречены. В 2004 году американская консалтинговая компания DeGolyer & MacNaughton проводила оценку запасов Давлетабадского газового месторождения, а Gaffney, Cline & Associates Ltd. сертифицировала запасы ряда газовых месторождений на востоке Туркменистана. Но результаты исследований так и не были обнародованы, что опять дало повод усомниться в способности Туркменистана выполнить все запланированные и уже подписанные долгосрочные контракты по поставкам газа.

Таким образом, при покойном Сапармурате Ниязове такая секретность имела несколько целей. Во-первых, легче было манипулировать инвесторами и геополитическими игроками заинтересованных в туркменском газе. Во-вторых, проще было скрывать истинные размеры получаемых доходов от продажи газа, основная часть которых шла непосредственно самому Ниязову. При этом бывший президент Туркменистана умудрился заключиться долгосрочные контракты на поставки газа с Россией, Китаем, Ираном, Украиной. Кроме этого, были сделаны заявления по поводу возможности заполнения трансафганского и транскаспийского газопроводов. Поэтому не удивительно, что после смерти Туркменбаши, одной из главных задач Гурбангулы Бердымухаммедова было успокоить своих партнеров и подтвердить выполнение взятых страной обязательств. Тем более что сам Бердымухаммедов также не удержался от соблазна и подписал соглашение об участии в проекте строительства Прикаспийского газопровода.

В этой связи, Бердымухаммедов уже заявил о возможном обнародовании информации о газовых запасах Туркменистана. Хотя на данный момент речь пока идет о проведении международного аудита лишь трех крупнейших углеводородных месторождений страны – Гунорта, Елотен и Осман. Впоследствии планируется провести общую оценку газовых запасов Туркменистана.

Если суммировать все существующие точки зрения, то, по мнению экспертов, международная сертификация запасов позволит Туркменистану решить сразу несколько задач. Во-первых, Бердымухаммедов хочет успокоить своих партнеров по газовому сотрудничеству. Здесь речь идет о России, которая должна получить 80 миллиардов кубометров газа в год, начиная с 2009 года. На «свои» 30 миллиардов кубометров газа в год рассчитывает Китай. Ирану Ашхабад обязался до 2018 года поставлять семь миллиардов кубов ежегодно.

Во-вторых, само руководство страны получит более или менее объективную картину о газовых возможностях Туркменистана для того, чтобы формировать свою долгосрочную энергетическую политику.

В-третьих, это стимулирует приток иностранных инвестиций. Здесь речь идет не только об освоении каспийского шельфа, но и о разведке новых месторождений на суше.

В-четвертых, это сделает возможным получение кредита во всех мировых банках, требующих гарантий возврата своей ссуды. В-пятых, переведет основную часть прогнозных ресурсов углеводородов в запасы промышленных категорий. В-шестых, не стоит забывать о потеплении отношений между Азербайджаном и Туркменистаном, что не исключает начала нефтегазового сотрудничества двух стран, как это можно наблюдать между Россией и Казахстаном. Сейчас возобновились не только дипломатические отношения, но и активизировался переговорный процесс по спорным вопросам. Баку ответил на это предложением о совместной разработке месторождения «Кяпяз». Кстати, для Азербайджана сложился удачный фон для встречи президента Туркменистана, так как Ашгабад сейчас имеет напряженные отношения с Ираном из-за прекращения поставок газа. Это выгодно Баку, так как отношения Азербайджана и Ирана также до сих пор являются напряженными.

• Рубрики

  • Brain Storming
  • NOTA BENE
  • Pro et Contra
  • Альянс Аналитических Организаций Казахстана
  • Инвестиционные риски в Казахстане
  • Инвестиционные риски в Центральной Азии
  • Интервью
  • Казахстанский годовой отчет о развитии государства и общества за 2009 год
  • КЛУБ «PROGNOSIS»
  • Политические риски в Казахстане
  • Политические риски в Центральной Азии

• Персона

  Главный редактор сайта risk.kz :
  Досым Сатпаев - директор "Группы оценки рисков", кандидат политических наук.

• последние материалы

  • Новое-старое правительство РК
  • «Быки» и «медведи»
  • Социальный перегрев
  • Следующие двадцать лет
  • В «политической тени»
  • Иммунитет от военных баз
  • Пресс-конференция Досыма Сатпаева на www.lenta.ru
  • Шесть компонентов казахстанского антитеррора
  • Игра по правилам
  • Евразийский союз Москвы, Астаны и Минска открывает новые возможности для Киева

• Тэги

  Добавить метку ОДКБ Центральная Азия ШОС кризис

• Реклама