В ожидании нового политического сезона. Интервью для “Central Asia Monitor”

Август 12, 2015
Интервью  ·    

Какие события ожидаются или возможны в первую очередь:

1. Вероятны ли досрочные парламентские выборы?

Я когда-то пошутил, что наш парламент напоминает игрушечный конструктор «Lego» 5+, который можно быстро собрать и разобрать по любому поводу. При этом количество деталей не так уж много. Было бы только желание «Акорды». Мне кажется, что гораздо более важен вопрос о том, вероятна ли конституционная реформа с точки зрения усиления парламента не в качестве «нотариальный палаты» АП, а в качестве одной из ветвей власти. Ведь, по сути, неважно, когда вы сядете на карусель. Она все равно будет вас крутить по кругу. Аналогичная ситуация у нас наблюдалась и с большинством парламентских выборов. Ничего не меняется. Статисты заменяют статистов. Пустой парламентский кувшин иногда гремит громко, создавая звуковые эффекты. В то же самое время, конституционные изменения в Казахстане также еще не являются гарантией проведения глубокой политической реформы. Можно согласиться с той точкой зрения, что если власть все-таки решится на новые конституционные изменения, то, в первую очередь, не для того, чтобы сделать парламент по-настоящему сильным, а для того, чтобы сократить полномочия у второго президента. То есть вряд ли стоит ожидать быстрого появления эффективной президентско-парламентской системы не по форме, а по сути. Ведь для этого необходимо будет полностью менять качественный состав парламента состоящего сейчас из непопулярных и искусственных квазипартийных образований. А это уже вызовет эффект домино, так как потребуется проводить реформу партийной системы и избирательного законодательства. Готова ли на это власть сейчас? Маловероятно.

2. Если да, то возможны ли изменения на партийном-политическом поле Казахстана?

Наше квазипартийное поле уже давно нуждается в хорошей прополке для того, чтобы убрать партийные сорняки и посеять новые, более полезные для общества и государства партийные семена. Вся проблема в том, что у нас партийная система формируется не за счет идеологических предпочтений в обществе, а за счет «лаборантов» из АП, которые как в лабораториях постоянно выращивают какие-то партийные гибриды, которые могут существовать только в оранжерейных условиях опеки со стороны власти. В условиях естественного политического отбора они не выжили бы. Честно говоря, их для этого и не создавали. Конечно, в этом году можно наблюдать активизацию некоторых наших старых квазипартий, а точнее их лидеров, которые все чаще создают информационный шум по поводу или без повода. А это один из признаков начала подготовки к предстоящей избирательной кампании. Партии-зомби обычно оживляются к этому периоду. Печально другое. За последние несколько лет оппозиционное поле страны власть основательно подчистила. Старая оппозиция ушла. Новая еще институционально не оформилась. При этом протестные настроения никуда не делись. Поэтому более интересно то, что снизу стали звучать интересные инициативы касательно создания новых партийных структур, как на национал-патриотическом поле, и даже в социальных сетях в виде электронной партии. Думаю, что у первых есть перспективы хотя бы потому, что в их пользу играет демографический тренд. Поэтому их появление в будущем вполне возможно. И если в стране начнутся реальные, а не косметические политические реформы то новые оппозиционные силы появятся. Они, возможно, материализуются и в период транзита власти. Главное, чтобы эти игроки были конструктивными. Радикализм и популизм в любой идеологической форме ни к чему хорошему не приводит. С учетом казахстанской специфики, которая характеризуется фрагментацией и атомизацией протестного поля, в стране действительно созданы условия для появления нескольких оппозиционных партий и движений, которые могли бы перевести существующие протестные настроения в легальное поле. Но это в будущем. На данный момент правила игры на партийном поле пока еще определяют «лаборанты» от власти, которые всегда имеют соблазн сесть на ту самую карусель, о которой я говорил выше. Но опасность для казахстанских властей заключается в том, что многие граждане страны попали в ловушку «размытой самоидентификации», в том числе политической самоидентификации. Возникает синдром «кухонной демократии», который, кстати, когда-то разрушил и Советский Союз. Это связано с тем, заявление власти о том, что общество не готово к демократии напоминает анекдот, когда один еврей чуть ли не каждый день приходит в синагогу и молит бога о том, чтобы он помог ему выиграть в лотерею. И это продолжается так долго, что, наконец, Бог не выдержал и с небес говорит еврею: «Да как же тебе помочь, если ты даже лотерейный билет не покупаешь?!». Возникает аналогичный вопрос: «Как общество будет готово к демократии, если людей не учат пользоваться демократическими инструментами?». В результате, у нас даже полноценное местное самоуправления побоялись вводить, не говоря уже о наличии электоральных политических партий, которые были бы известны рядовым казахстанцам не только по их лидерам, но и по политическим программам.

3. Можно ли ожидать очередной перетряски состава кабинета министров и соответствующего реформирования его структуры?

Если часто устраивать сотрясение мозга, то, рано или поздно, можно перестать нормально мыслить. Поэтому частые кадровые перестановки, перетряски, перетряхивания на любом уровне, будь то правительство, министерства или регионы, чаще вредят, чем несут пользу. Если исходить из того, что последняя реорганизация правительства была проведена под Карима Масимова, которого призвали на пост премьера в качестве антикризисного менеджера, никакой логики в проведении новой крупной реорганизации я не вижу. Ведь только в прошлом году в стране появились пять новых мега-министерств, которые внутри бюрократического аппарата вызвали большой переполох и на несколько месяцев фактически дестабилизировали его работу. Хотя, если попытаться проанализировать все те номенклатурные реорганизации, которые прошли в стране за последние двадцать с лишним лет, то в половине из них также не было никакой логики с точки зрения государственного интереса, а лишь наблюдалась банальная борьба элит за должности и за доступ к ресурсам. Но сейчас, при наличии большого количества негативных внешних и внутренних экономических факторов, будь то низкая цена нефть, экономический кризис в России, девальвационные давления на тенге или риск роста безработицы осенью текущего года в связи с кризисной ситуацией в казахстанской бизнес среде, проводить очередную крупную перетряску в правительстве было бы глупо. Не стоит забывать, что в декабре текущего года, Казахстан, после «конфетно-букетного» периода также должен уже фактически войти во Всемирную Торговую Организацию, внутри которой нас ждет немало новых проблем, как это в свое время было в рамках Таможенного Союза. Так что вызовов много. Наш корабль в штормовой зоне. Можно на гауптвахту отправить отдельного матроса в лице какого-либо министра, но менять всю команду бессмысленно. Думаю, что стране сейчас нужны не новые кадровые перестановки, от которых часто ни холодно, ни горячо, а эффективная административная реформа, которую, в очередной раз, решили провести в Казахстане. Именно реформа бюрократического аппарата с точки зрения конкретных результатов, а не для галочки, сейчас больше необходима, чтобы повысить нашу экономическую и политическую конкурентоспособность, так как именно громоздкий, коррумпированный и неэффективный госаппарат чаще всего является главным тормозом в реализации любых реформ и источником девальвации доверия ко всему тому, что говорит и делает власть. Но и здесь, не все так просто. Ведь любой бюрократический аппарат является частью политической системы и если этой аппарат не эффективен, то значит не эффективная и сама система, которая также нуждается в реформировании.

Комментарии

Оставьте Ваш комментарий...





  • Реклама