Наследство аятолла Хомейни

Август 12, 2015
NOTA BENE  ·    

Досым Сатпаев

В начале июня 2015 года в Тегеране прошла довольно интересная международная конференция, которая позволила изнутри взглянуть на иранскую внутреннюю и внешнюю политику. К тому же данное мероприятие совпало с 26 годовщиной со дня смерти аятолла Хомейни.

Иранский Ленин

Следует отметить, что в мусульманском мире сейчас идет активная конкуренция между тремя центрами геополитического притяжения: Ираном, Саудовской Аравией и Турцией. Каждый из этих игроков выстроил свою модель взаимодействия религии и государства. Но, именно в шиитском Иране, с момента проведения исламской революции 1979 года, была создана довольно интересная политическая система, где культ личности Хомейни сочетается с иллюзией демократии, где одна из лучших в исламском мире систем образования живет по соседству с жесткой формой религиозной регламентации, которая сочетается с рационализмом и национализмом, особенно среди молодежи. И все это варится в соку параллельных структур, где над президентом, парламентом, армией и спецслужбами стоят контролеры в лице духовенства и Стражей исламской революции, которые также имеют свою армию и спецслужбу. Странно то, что такая громоздкая система не сильно повлияла на эффективность. По крайней мере, иранская армия считается одной из самых боеспособных в регионе. В то же самое время, как многие простые иранцы, так и правящая элита Ирана с 1979 года постоянно живут в ожидании военного нападения. Эти страхи еще больше усилились в связи с началом разработки иранской ядерной программы, которая в этой стране стала неким аналогом национальной идеи, а для Израиля и Запада, играет роль красной тряпки для быка.

В этой связи, довольно интересным было выступление на конференции Хасана Хомейни, который приходится внуком покойного аятолла Хомейни и, по мнению местных иранских экспертов, имеет серьезный политический потенциал. Свое выступление Хасан Хомейни построил на сравнении разных типов революций, которые прошли за последние двести лет. Вспомнил он и французскую революцию, и американскую. Естественно, упомянул октябрьскую революцию 1917 года, а также приход к власти Мао Цзэдуна. В конечном счете, он пришел к вполне предсказуемому резюме, суть которого заключалась в том, что иранская революция 1979 года была самой бескровной и прошла при массовой поддержке народа. Хотя оппоненты этой точки зрения, всегда могут привести контраргумент по поводу нескольких миллионов иранцев, которым пришлось уехать из страны после революции. Немало иранцев и в США. Но ирония судьбы заключается в том, что оплот иранской оппозиции сейчас находится во Франции, где когда-то нашел убежище сам аятолла Хомейни перед своим триумфальным возвращением в Иран.

В рамках нашей конференции выступил и бывший президент Ирана Али Акбар Хашеми Рафсанджани, который также упомянул значимость исламской революции 1979 года для иранского народа. Все это немного напоминало Советский Союз с его идеологией сакрализации «Великой Октябрьской Социалистической Революции», где были свои «апостолы» революции в лице Ленина и сотоварищей. В Иране роль Ильича вполне успешно сейчас играет покойный имам, аятолла Хомейни, чей культ в стране довольно высок, что вызывает недоумение у суннитских государств, которые обвиняют иранскую шиитскую версию ислама в идолопоклонстве. Хотя, именно такая модель, возможно, помогла Ирану выдержать мощное внешнее давление и многолетние экономические санкции. При этом долгий период экономических санкций лишь мобилизовали значительную часть иранского общества вокруг своих духовных лидеров. То есть политическое наследство аятолла Хомейни пока еще живет.

Семь принципов Хаменеи

Что касается внешнеполитических приоритетов Ирана, то больше о них рассказал аятолла, имам Али Хаменеи, чье выступление также удалось послушать. Его появление на балконе мечети-мавзолея Хомейни вызвало бурю ликования около 2000 человек, которые собрались его послушать в связи с 26 годовщиной со дня смерти аятолла Хомейни. Кстати, еще в начале этого года имама Хаменеи уже чуть не похоронили. Западные СМИ писали, что духовный лидер Ирана смертельно болен. Но он не только появился на публике, на прошлой неделе, но почти в течение часа говорил о внешней политике Ирана. В частности он выделил семь принципов современного Ирана.

Во-первых, по его заявлению, приоритетом для страны является не реакционный (как в Саудовской Аравии) и не модернизационный (как в Турции), а традиционный ислам. Во-вторых, Иран выступает за обеспечение региональной и глобальной безопасности, но не за счет гегемонии силы, как это делают США. В-третьих, иранские власти, всегда предпочитали поддерживать отношения с народом, а не опираться только на армию. Здесь был явный камень со стороны Хаменеи в огород некоторых арабских стран, где армия всегда играла ключевую роль. В-четвертых, социальная справедливость. Насколько можно понять, с точки зрения иранского руководства, с населением надо делиться. Хотя в Иране, многие представители элиты, в том числе духовенство, являются довольно богатыми людьми, демонстрация эта богатства не одобряется. При этом элита также тратит немалые деньги на поддержку социально уязвимых слоев населения и на строительство социально значимых объектов. Например, в Тегеране было построено довольно дорогостоящее метро, что серьезно разгрузило почти 10 миллионный город. В-пятых, по заявлению Али Хаменеи, США и Великобритания остаются противником Ирана. Более того, «Исламское государство Ирака и Леванта», по его мнению, поддерживается американцами. В-шестых, Иран готов обеспечивать свою независимость и свободу, даже если для этого придется находиться в изоляции. Кстати, эта страна не на словах, а на деле, действительно, доказала свою стойкость перед лицом многолетних санкций и эмбарго. Как говорится: «То, что их не убило, сделало сильнее!». В-седьмых, Иран выступает за объединение мусульманского мира, который не должен делиться на суннитов и шиитов. Здесь Али Хаменеи решил привести пример, заявив о том, что Иран, например, поддерживает палестинцев-суннитов также, как и шиитскую «Хезболлах».

Интересно то, что в этой речи Израиль практически не упоминался. Более того, поговорив с местными и иностранными экспертами по Ирану выяснилось, что к числу своих основных противников иранцы все-таки причисляют не только США, но и Великобританию. Иранцы помнят, как еще в начале 50-х годов прошлого века, популярное в народе националистическое правительство Мохаммеда Мосаддыка разорвало отношения с Англией и заставило прозападного шаха уехать из страны. Это нанесло серьезный удар по британским нефтяным интересам в Иране. В ответ, Великобритания вместе с США помогли организовать военный переворот в Иране сместить Мосаддыка и вернуть шаха.

А к числу своих западных партнеров Иран на данный момент относит Германию и частично Францию. Что касается контактов с Россией, то они прохладно деловые. Отношения между двумя государствами подпортил скандал вокруг поставок российских зенитных ракетных систем С-300 Ирану на сумму около $800 миллионов долларов. Сначала Москва обещала сделать такие поставки. Затем в 2010 году Россия ввела запрет на эти поставки под давлением Запада и Израиля. В ответ Тегеран подал иск в Международный третейский суд Женевы. Но, в связи с событиями в Украине, приведших к новой «холодной войне» с Западом, Россия вроде все-таки решила эти поставки осуществить. Хотя неприятный осадок в отношениях двух стран остался. Удивило то, что на постсоветском пространстве у Ирана выстроились довольно неплохие отношения с Украиной, где даже умудряются продавать иранские автомобили. Более того, Иран часто использует украинскую пассажирскую и грузовую авиацию.

Мобилизационное общество

В целом, можно сказать, что Запад и, в первую очередь США, просчитались, когда решили путем экономического давления заставить Иран поменять свою внутреннюю и внешнюю политика. Как оказалось, если общество консолидировано на религиозной основе с примесью вождизма, то его трудно раскачать. То есть, будучи в Иране, можно наглядно увидеть мобилизационный тип общества. В то же самое время, я задал вопрос местным иранским экспертам по поводу того, как долго такой тип общества будет существовать? Возможны ли какие-либо изменения в сторону смягчения режима? Тем более что после смерти аятолла Хомейни, уже выросло целое поколение людей, которые его никогда вживую не видели, кто знает об исламской революции только по пропагандистской работе Стражей исламской революции или от своих родителей. В ответ я услышал несколько интересных моментов. Во-первых, в последнее время, иранское высшее духовенство решило активно бороться с имиджем Ирана как фундаменталистского государства. С этой целью в стране, все чаще стали говорить о необходимости установления межконфессионального единства и согласия. С этими лозунгами Иран сейчас чем-то напоминает Казахстан, где в это время проводится уже пятый Съезд мировых и традиционных религий. Во-вторых, молодое поколение иранцев действительно меняется. И, даже несмотря на то, что оно стало более терпимо относиться к западной поп-культуре и образу жизни, среди иранской молодежи очень высокий уровень национализма (эксперты здесь говорят о сохранении персидского имперского синдрома). А это уже стало настораживать духовенство, так как возник риск размытия религиозной самоидентификации и замена его на этническую идентификацию. Хотя, даже несмотря на это, большинство экспертов признает, что иранская модель в своем нынешнем виде будет существовать еще долго и рассчитывать на некий аналог «арабской весны» здесь в ближайшее время вряд ли придется. Опять же наличие большого количества внешних врагов, позволяет легко управлять мобилизационным обществом.

При этом долгий период экономической изоляции принес и свои экономические плюсы. Речь идет о мощном развитии импортозамещения в стране. Начиная от производства продукции легкой, пищевой промышленности и заканчивая автомобилями. Конечно, кроме нефти и газа, у Ирана осталось еще несколько важных экспортных товара, это каспийская икра или знаменитый мрамор. Но, в отличие от других нефтедобывающих стран Персидского залива, Иран из-за санкций перестал страдать «проклятием ресурсов», не потому что у него не было сырьевых ресурсов, а потом что были искусственные ограничения на их продажу. То есть из лимона они умудрились сделать лимонад. В результате, пришлось провести перестройку всей иранской экономики, которая должна была демонстрировать большую производительность труда при меньших затратах. Тот же Всемирный банк и Международный валютный фонд не так давно признали, что Иран занимает прочное второе место, среди стран Ближнего Востока и Северной Африки, по росту ВВП. Как отмечают эксперты, Иран имеет лидирующие позиции в мире по производству свыше двадцати наименований сельскохозяйственной продукции. Параллельно с этим, в Иране была создана одна из лучших образовательных систем среди других мусульманских стран. По крайней мере, четыре иранских медицинских вуза вошли в список лучших университетов в мире. Ставка на активное развитие ядерной энергетики привело к мультипликативному эффекту, который способствовал формированию человеческого капитала в инновационных и технологических сферах. Кстати, как это ни странно, но одним из примеров присутствия интеллектуальной конкурентоспособности Ирана, было заказное убийство в январе 2012 года сотрудника иранского ядерного центра в г.Натанзе Мостафы Ахмади-Рошана. Как признают многие эксперты, одной из целей этого убийства, была попытка затормозить работы по иранской ядерной программе.

В то же самое время, серьезное влияние на внешнюю политику Ирана будет определять не столько его отношения с Западом или с Израилем, а рост геополитической конкуренции с Саудовской Аравией, которая активно играет на понижение нефтяных цен, в том числе, с целью нанести удар по иранской экономике. Эта конкуренция будет требовать от Ирана дополнительной финансовой нагрузки, также для поддержки лояльных к себе сил в разных странах мусульманского мира. В этой связи, Тегеран заинтересован в смягчении экономических санкций и в выходе своего главного экспортного товара, нефти и газа, на мировой рынок. Кстати, это сейчас совпадает с желанием ЕС снизить свою зависимость от российского газа.

Казахстанский интерес

Казахстан также заинтересован в смягчении санкционного давления на Иран, тем более что в Концепции внешней политики Республики Казахстан на 2014 – 2020 годы, взаимодействие с Ираном обозначено, как одно из приоритетных. В 2014 году, глава Исламской Республики Иран Хасан Рухани посетил Казахстан с первым государственным визитом. В апреле текущего года, состоялась встреча президента Казахстана Нурсултана Назарбаева с министром иностранных дел Ирана Мохаммадом Джавадом Зарифом во время которой, было заявлено о том, что Казахстан рассматривает Иран в качестве близкого политического и экономического партнера, отношения с которым всегда развивались, несмотря на различные трудности. 10 мая 2015 года, президента Казахстана Нурсултан Назарбаев провел телефонный разговор с президентом Ирана Хасаном Рухани, в ходе которого лидеры двух государств обсудили приоритетные направления казахстанско-иранского партнерства. И для нашей республики, взаимоотношения с Ираном важны в нескольких направлениях.

Во-первых, это обеспечение региональной безопасности. В этой связи, Казахстан и Иран имеют много точек соприкосновения, начиная от общей позиции по поводу мирного использования ядерной энергетики и заканчивая обеспечением безопасности в районе Каспийского моря. Кстати, именно Иран активно поддержал кандидатуру Казахстана в качестве площадки для проведения переговоров со странами «шестерки» по иранскому ядерному вопросу.

Во-вторых, экономическое взаимодействие в рамках трех приоритетных сфер: транспортная инфраструктура, энергетическое сотрудничество и сельское хозяйство. Для Казахстана является важным выход к Персидскому заливу, в первую очередь, в рамках транспортного сотрудничества с Ираном. В 2014 году уже был запущен железнодорожный маршрут Казахстан-Туркменистан-Иран (Узень-Берекет-Горган). Что касается сельского хозяйства, то министерство сельского хозяйства Казахстана, в марте текущего года, уже заявило о том, что в связи со строительством железной дороги, Казахстан собирается вдвое увеличить экспорт зерна в Иран, который является одним из основных импортеров казахстанского зерна в регионе.

Алматы-Тегеран-Алматы

Комментарии

Оставьте Ваш комментарий...





  • Реклама