Вещь в себе
Brain Storming ·
Risks Assessment Group
В последнее время можно наблюдать интересную закономерность. Если и была в Казахстане сфера, которая обычно не вызывала большой критики даже у оппозиции, так это внешняя политика республики. Более того, даже в тех немногих партийно-идеологических платформах, которые иногда выставлялись на обозрение публики нашими псевдопартиями, о внешней политике либо ничего не говорилось, либо делался акцент на ее многовекторности, что, по сути, ничем не отличалось от проводимой государственной линии. Но сейчас и эта сфера постепенно стала превращаться в поле битвы. Усиление экономического и политического сотрудничества с Китаем привело к появлению политического симбиоза национал-патриотов и оппозиции, который способствовал всплеску антикитайских настроений. В свою очередь, решение о создании Таможенного союза Казахстана, России и Беларуси спровоцировало новую волну протестов со стороны этого же состава участников. И вот уже казахстанская молодежная организация «Ар.Рух.Хак» выступила с обращением к генеральному секретарю ООН Пан Ги Муну не поддерживать инициативу президента Казахстана о размещении Банка ядерного топлива на территории страны. Хотя, честно говоря, все эти дискуссии вокруг Китая, Таможенного союза или Банка ядерных технологий, напоминают слона из древней притчи, которого ощупывают три слепца. Один прикоснувшись к ногам, уверен, что это столбы. Другой дергает за хвост и убежден, что взял в руки веревку. А третий, ухватившись за хобот, уверяет, что поймал змею. Проблема в том, что тот, кто привел этого «слона» вообще не объясняет «слепцам», что это за животное, как было в случае с созданием СВМДА или с Таможенным союзом.
Но гораздо более важно понять, почему именно сейчас в стране возникает такое большое количество болезненных реакций на внешнеполитические инициативы руководства страны, которые еще несколько лет назад прошли бы без эксцессов. Ведь тому же Китаю еще в конце 90-х годах мы передали 530 квадратных километров казахстанской земли для того, чтобы подписать договор о границе. Но тогда это вызвало довольно вялую реакцию в обществе. Или же участие Казахстана в ОДКБ и ШОС, где предполагается присутствие иностранных войск на территории республики в случае возникновения угроз ее национальной безопасности. Чем не хорошая тема для лозунгов о риске потерять суверенитет в чрезвычайной ситуации! Но ведь прорвало именно сейчас. Может быть это связано с тем, что для определенной политической ситуации должны были созреть свои политические игроки, которые активно пытаются сформировать свою собственную идеологическую нишу, в том числе за счет критики официальной внешней политики. Хотя внутри страны проблем ведь не стало меньше, если не наоборот.
Или же дело в том, что внешняя политика Казахстана всегда напоминала «вещь в себе», которая несет в себе три проблемы. Во-первых, оторванность многих внешнеполитических инициатив от внутреннего развития страны. Ведь никто так и не объяснил, как наше председательство в ОБСЕ отразится на особенностях политического развития не Афганистана, а самого Казахстана. Во-вторых, не секрет, что практически во всех странах Центральной Азии, в том числе и в нашей республике, внешнюю политику определяют главы государства, даже если речь идет об общественно-значимых проектах, как, например, создание того же Таможенного союза. Но если взять те же страны ЕС, которые в течение долгого времени обсуждали принятие Лиссабонского договора, то в некоторых из них по этому поводу все-таки проводились референдумы. То есть внутриполитическая традиция общественного консенсуса и плюрализма явно сказывалась на принятии внешнеполитического решения. В-третьих, защита национальных интересов или обеспечение национальной безопасности, которые лежат в основе любой внешнеполитической деятельности, у нас давно ассоциируется с интересами и безопасностью только правящей элиты, которую вообще мало волнует мнение общества, как по поводу внутриполитического развития страны, так и о проводимой внешней политике.
Комментарии
Оставьте Ваш комментарий...

