На данный момент среди стран Центральной Азии только Казахстан имеет уровень риска ниже среднего, что является вполне приемлемым для инвесторов и крупных геополитических игроков, но не гарантирует политической предсказуемости. Единственное, что объединяет все государства региона, так это наличие одной из главных переменных при оценке уровня политических рисков – отсутствие четкого механизма преемственности власти и бесконфликтной смены политических элит.

Особенностью политической элиты Казахстана является то, что она никогда не была внутренне монолитной, а состояла из разных групп, подгрупп и ключевых персон, степень влияние которых напрямую зависело от степени приближенности к главному центру принятия политических решений в лице президента страны.

Но главной проблемой Президента Назарбаева является то, что он постепенно теряет роль главного арбитра внутриэлитных отношений. Так, корпоративная политическая система, которую он в течение последних четырнадцати лет выстраивал вокруг себя, становится все более сложным организмом, состоящим из большого числа амбициозных «теневых игроков», которые все активнее заявляет о своих правах на экономическую и политическую свободу действий. При этом все они боятся нового передела собственности, который в любом случае начнется после ухода Нурсултана Назарбаева. Но это еще полбеды. На данный текущий момент опасным для самого президента является то, что ослабление его контроля над элитой, приводит к сбою традиционного механизма согласования интересов между многочисленными конкурирующими элитными группировками.

В то же время по отношению к обществу и, в первую очередь, к оппозиции власть до последнего времени была достаточно монолитна. Ситуация кардинальным образом изменилась в конце 2001 г., когда впервые раскол в политической элите достиг такого уровня, что привел к серьезному изменению конфигурации отношений не только между различными элитными группами, но и политического пространства Казахстана.

Комментарии