Газовым аудитом по международному недоверию

Февраль 22, 2008
Без рубрики  ·    

По поводу нефтегазовых запасов прикаспийских государств, сложилась странная ситуация. С одной стороны, был период эйфории и активного прихода в регион крупнейших иностранных нефтегазовых компаний. В 90-х годах даже поговаривали о появлении серьезного конкурента для ближневосточной нефти со стороны каспийских государств.

Впоследствии это оказалось блефом, учитывая как низкое качество каспийской нефти, так и высокую стоимость ее транспортировки и транзита. С другой стороны, в некоторых из этих государств, даже инвесторы не знали, о каких реальных извлекаемых нефтегазовых запасах идет речь. В связи с этим появились и скептики. В частности, несколько лет назад на международной нефтегазовой выставке KIOGE в Алматы, тогда еще специальный представитель Госдепартамента США по делам Каспия Стивен Манн утверждал, что Каспий имеет всего 4% всех мировых запасов нефти.

Оптимистическую картину подпортил Азербайджан, где была выявлена существенная разница между ожидаемыми и незначительными реальными запасами нефти и газа на каспийском шельфе. Также окончательно не подтвержденный объем запасов нефтегазовых ресурсов в районе казахстанской и российской части Каспия, до сих пор держит других инвесторов в неуверенности. Но на этом фоне, настоящим «белым пятном» был Туркменистан, чьи истинные запасы газа до сих пор являются тайной за семью печатями. Конечно, аудиты по отдельным месторождениям проводились. Так, например, в 1996 году американская компания «Юнокал», которая лоббировала строительство туркменского газопровода через Афганистан в Пакистан, провела аудит крупнейшего в стране Давлетабадского туркменского газового месторождения. Тогда было установлено, что реальные запасы газа на Давлетабадском месторождении составляют 1,3 триллиона кубометров газа. Сейчас, по мнению экспертов, запасы максимум составляют 550-600 миллиардов. Затем, по некоторой информации, в конце 90-х годов аргентинская компания «Бридас» при участии туркменских геологов провела в республике геолого-разведочные работы, результаты которых также были засекречены. В 2004 году американская консалтинговая компания DeGolyer & MacNaughton проводила оценку запасов Давлетабадского газового месторождения, а Gaffney, Cline & Associates Ltd. сертифицировала запасы ряда газовых месторождений на востоке Туркменистана. Но результаты исследований так и не были обнародованы, что опять дало повод усомниться в способности Туркменистана выполнить все запланированные и уже подписанные долгосрочные контракты по поставкам газа.

Таким образом, при покойном Сапармурате Ниязове такая секретность имела несколько целей. Во-первых, легче было манипулировать инвесторами и геополитическими игроками заинтересованных в туркменском газе. Во-вторых, проще было скрывать истинные размеры получаемых доходов от продажи газа, основная часть которых шла непосредственно самому Ниязову. При этом бывший президент Туркменистана умудрился заключиться долгосрочные контракты на поставки газа с Россией, Китаем, Ираном, Украиной. Кроме этого, были сделаны заявления по поводу возможности заполнения трансафганского и транскаспийского газопроводов. Поэтому не удивительно, что после смерти Туркменбаши, одной из главных задач Гурбангулы Бердымухаммедова было успокоить своих партнеров и подтвердить выполнение взятых страной обязательств. Тем более что сам Бердымухаммедов также не удержался от соблазна и подписал соглашение об участии в проекте строительства Прикаспийского газопровода.

В этой связи, Бердымухаммедов уже заявил о возможном обнародовании информации о газовых запасах Туркменистана. Хотя на данный момент речь пока идет о проведении международного аудита лишь трех крупнейших углеводородных месторождений страны – Гунорта, Елотен и Осман. Впоследствии планируется провести общую оценку газовых запасов Туркменистана.

Если суммировать все существующие точки зрения, то, по мнению экспертов, международная сертификация запасов позволит Туркменистану решить сразу несколько задач. Во-первых, Бердымухаммедов хочет успокоить своих партнеров по газовому сотрудничеству. Здесь речь идет о России, которая должна получить 80 миллиардов кубометров газа в год, начиная с 2009 года. На «свои» 30 миллиардов кубометров газа в год рассчитывает Китай. Ирану Ашхабад обязался до 2018 года поставлять семь миллиардов кубов ежегодно.

Во-вторых, само руководство страны получит более или менее объективную картину о газовых возможностях Туркменистана для того, чтобы формировать свою долгосрочную энергетическую политику.

В-третьих, это стимулирует приток иностранных инвестиций. Здесь речь идет не только об освоении каспийского шельфа, но и о разведке новых месторождений на суше.

В-четвертых, это сделает возможным получение кредита во всех мировых банках, требующих гарантий возврата своей ссуды. В-пятых, переведет основную часть прогнозных ресурсов углеводородов в запасы промышленных категорий. В-шестых, не стоит забывать о потеплении отношений между Азербайджаном и Туркменистаном, что не исключает начала нефтегазового сотрудничества двух стран, как это можно наблюдать между Россией и Казахстаном. Сейчас возобновились не только дипломатические отношения, но и активизировался переговорный процесс по спорным вопросам. Баку ответил на это предложением о совместной разработке месторождения «Кяпяз». Кстати, для Азербайджана сложился удачный фон для встречи президента Туркменистана, так как Ашгабад сейчас имеет напряженные отношения с Ираном из-за прекращения поставок газа. Это выгодно Баку, так как отношения Азербайджана и Ирана также до сих пор являются напряженными.

Тэги:

Комментарии

Оставьте Ваш комментарий...





  • Реклама